* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

энциКлопедичеСКий Словарь биографий бодных лиц, что, по мнению А. С. Пушкина, не находит никакого оправдания ни целями, ради которых тиран охотно жертвует людьми, ни попытками поставить тирана выше закона. «Стоите выше Вы Народа, но вечный выше вас Закон», — констатирует поэт и тем самым вступает в противоречие с официальной российской политической доктриной, признающей государя-императора «помазанником Божиим», который несет ответственность только перед Богом. Сомневаться в этом, а тем более утверждать прямо противоположную идею о том, что владыкам «венец и трон дает закон, а не природа», нужно было иметь не только большое мужество, но и умение мыслить самостоятельно, творчески, оригинально. В силу того, что тиран посягает на самое святое, закон, свободу личности, он рискует навлечь негодование народных масс, заговорщиков и получить заслуженную кару. Именно такой конец был характерен для французского короля, «самовластительного злодея» Людовика и «увенченного злодея» Павла I. А. С. Пушкин не жалеет «черной краски» на то, чтобы создать запоминающийся у читателей негативный, но справедливый образ тиранов и дать истинную оценку результатам их деятельности. Так, казненного Людовика он характеризует как «ужас мира, стыд природы, упрек Богу на земле». Не лучше он отзывается и о Екатерине II, которая пока что официально и признается «Великой». Однако поэт уверен в том, что «со временем история оценит влияние ее царствования на нравы, откроет жестокую деятельность ее деспотизма, под личиной кротости и терпимости, народ угнетенный наместниками, казну расхищенную любовниками, покажет важные ошибки ее в политической экономии, ничтожность в законодательстве, отвратительное фиглярство в сношениях с философами ее столетия, — и тогда голос обольщенного Вольера не избавит ее славной памяти от проклятия России». В нескольких эпиграммах дается запоминающийся, но весьма точный образ «кочующего деспота» Александра I, любящего рассказывать сказки про установление в России твердых законов и добровольное наделение всех жителей правами людей. Однако А. С. Пушкин не ставит в один ряд всех действовавших в истории России и человечества тиранов. Он, в частности, особо выделяет деяния тех тиранов, которые способствовали прогрессивному развитию населения отдельной страны, нескольких стран или всего человечества. Так, поэт позитивно оценивает деятельность Петра I по реформированию средневековой России, а также деятельность Наполеона, который хотя и был тиран, о котором «памятью кровавой мир долго будет полн», но эта тирания имела своим результатом и позитивное. Наполеон, во-первых, указал русскому народу высокий жребий, а, во-вторых, облегчил муки перехо- да западноевропейских стран от монархии к республиканским, демократическим формам правления, «завещав миру вечную свободу». Негативное отношение А. С. Пушкина к тиранам не означает того, что он полностью отрицал государственную власть в обществе и необходимость государственного принуждения. Без этого, полагал он, ни одно государство, ни одно современное общество прожить не сможет. «Власть верховная не терпит слабых рук», в противном случае возникает иная, но также негативная ситуация. Если при тирании закон попирается тираном, то в условиях слабой верховной власти закон попирают государственные органы и население. Как образно отмечал он, «в балованном народе преобратилися привычки уж в права, и шмыгают кругом закона на свободе, как мыши около зевающего льва». В конечном итоге общество лишает устойчивого порядка и чревато многими правонарушениями: «Хуже дедушек с дня на день были внуки, что грудь кормилицы ребенок уже кусал, что правосудие сидело сложа руки и по носу его ленивый не щелкал». Гармоничное соотношение государственной власти, закона и народной свободы, по мнению А. С. Пушкина, удается достичь лишь в тех случаях, когда государи, верховная власть действуют в строгом соответствии не с собственными законами, а с законами природы и обеспечивают в обществе порядок и свободу («народов вольность и покой»). Такие порядки в обществе являются лучшими гарантами и личной свободы, и безопасности верховной власти. Благодарный народ становится «вечной стражей трона» и обеспечивает безопасность государя намного успешней, чем исходящие от него наказания или награды, а также кров темниц, алтари или верные ограды. Итак, свобода, дарованная государем своим подданным, становится верным гарантом личной свободы и государя. Но что означает свобода человека в обществе, где ее границы и пределы, каким образом и в каких целях человек может и должен ею воспользоваться? И всегда ли свобода благо? К сожалению, ответа на эти вопросы в работах А. С. Пушкина нет. Его воспевание свободы как природного, естественного состояния человека, к которому должны стремиться общество, государство и личность, носит у поэта, как и его современников-философов и правоведов, абстрактный характер. А. С. Пушкин не видел путей реализации свободы, не знал, как должен действовать свободный человек в обществе, чтобы не посягать на права и жизнь других лиц. Он четко понимал, что в современном обществе такой вариант поведения практически невозможен, и попытался отыскать зачатки личной свободы в таких нетрадиционных обществах, как цыганы, народ597 п