* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки
531 БИБ богословская БИБ 532 нено было, по божественной милости къ нашей церкви, это намйрете старейшими ея предстоятелями, то явилось другое-—объ исключительнонъ употребленш славянской Библш и греческаго перевода 70-ти въ духовныхъ учплищахъ при объяснены Св. Писа-шя [Это последнее нредиоложеше и послужило для москов. митроп. Филарета побуждешемъ къ составлешю достопамятной его записки («О догматическомъ достоинстве и охранительномъ употребленш греческаго семидесяти толковни-ковъ и славенскаго переводовъ св. Писа-шя»), въ которой ясно выражено и прочно обосновано православное воззрйше на взаимное отношете греч перевода 70-ти и еврейскаго текста въ деле уразумешя Богооткровеннаго учешя]. Между темъ какъ въ высшихъ церковно - правительственныхъ сферахъ усиливалось стремлеше къ устранешю новыхъ веяшп, выразившихся въ деятельности Библейскаго Общества по изданш Св. Писашя на русск. яз., вдали отъ правящихъ сферъ совершалась другая, менее видная, но более плодотворная работа, составлявшая прямое продолжеше начатаго, но не оконченнаго дела. Въ Петербургской Дух. Академш, какъ профессоръ еврейскаго яз., трудился надъ переводомъ учительныхъ и пророческихъ книгъ съ еврейскаго известный нашъ фило-логъ, npoToiepe-й Герасимъ Петровичъ ПавскШ. Его переводы, которые, после класснаго преподавашя, онъ сдавалъ студентамъ въ виде лекцш съ дополнительными объя'снешями (оглавлешя-ми и примечашями) такъ ценились, что изъ записей ихъ, передаваемыхъ преемственно изъ одного курса въ другой, съ течешемъ времени составился цельный переводъ названныхъ ветхоз. книгъ. Въ 1839 и 1841 гг. этотъ переводъ былъ отлитографиро-ванъ въ несколькихъ стахъ экземп. и распространился между наставниками и студентами Петербургской, а отчасти и другихъ Академш, равно какъ между некоторыми духовными лицами. Сдёлавшееся известнымъ высшему начальству, это издаше признано было такимъ зломъ. которое требовало са- мыхъ энергичныхъ меръ къ его иско-рененш. Производившееся строгое разследоваше. подробности котораго нетъ нужды здесь излагать (о нихъ см. тамъ же, стр, 141—207), причинило болышя безпокойства и сильныя огорчешя многимъ лицамъ. а особенно виновнику перевода, но вместе съ этимъ показало и то, какъ у людей того времени, релипозно образованцей-шихъ, духовныхъ и светскихъ, моло-дыхъ и пожилыхъ (не исключая и епископовъ), велико было желаше иметь более ясный и точный переводъ священныхъ книгъ на русском/ь яз. и какъ дорожили подобнымъ переводомъ, не смотря на явныя несовершенства особенно дополнительныхъ къ нему пояспешй. Такое внимаше къ переводу свидетельствовало не о легко-мысленномъ увлеченш, а о пробудившейся жизненной потребности, которая искала въ немъ своего удовлетворения. Къ такому действительно выводу и приводили сведешя, добытыя следствхемъ, некоторыхъ изъ прони-цательнейшихъ архипастырей, которые увидели изъ этого настоятельную потребность въ пособ1яхъ къ яснейшему разумешю текста свящ. книгъ, къ удовлетворенно которой могли служить, по ихъ мненш, или толкован1я къ Свящ. Писанио, или особое издаше славянской Библш съ оглавлешями и пояснешями къ каждой главе (см. тамъ же, стр. 147—152 о домашней беседе двухъ митрополитовъ); но и эти на-мерешя, не смотря на высокое iepap-хическое положеше, высказывавшихъ ихъ, встретили неодолимыя преграды къ своему выполненш, Въ это же неблагопр1ятное время, въ болыпомъ отдаленш отъ правительственныхъ центровъ, трудился надъ переводомъ ветхоз. книгъ съ .еврейскаго на русскш яз. другой замечательный богословъ, алтайскш мисст-неръ, архимандритъ Макаргй (Глуха-ревъ), бывшш студентъ Петербургской академш, во время ректорства въ ней Филарета, и ученикъ Герасима Петровича, не имевшш однако, въ начале своихъ заяятш, его перевода. Обратиться къ этому делу побудила его не