Эрос

[греч. ἔρως – (сильное) желание, любовь, как персонификация – Эрот, в греческой мифологии, поэзии и культе – бог любви; лат. Amor – Амур или Cupido – Купидон] – в мифопоэтических теокосмогониях космическая прапотенция, приводящая в действие механизм генеалогического порождения мира, «древнейший из богов» (Платон, «Пир» 178 d), не имеющий родителей. Так, в «Теогонии» Гесиода (ст. 116 слл.) Эрос вместе с Хаосом и Геей-Землей входит в начальную троицу божеств; в интерпретации Аристотеля (Met. 984b23): Хаос – пространство, Гея – праматерия, Эрос – движущая сила. Аналогичную роль Эрос играет в теогониях Акусилая (9 В 1–3 DK), Ферекида из Спроса (7 А 11, В 3), Парменида (В 13) и в поэмах орфиков. Типологические параллели: древнеевр. Ruah – «дух божий», оплодотворяющий водный хаос (Кн. Бытия 1, 2; термин, означающий также любовное желание), «любовная тоска» (πόθος) в «космогонии сидонян» у Дамаския (De princ. 125) и др. Мотив космогонического эроса продолжается в «любви» (φιλότης), или «Афродите», Эмпедокла как силе, соединяющей элементы, и дает позднюю реплику в гимне Лукреция к Венере, которая «одна правит природой вещей» («О природе вещей» 1, 21).
    Уникальное место занимает философия эроса у Платона – прежде всего в «Пире», а также в «Федре», где мотив эроса как ностальгия по абсолюту переплетается с теорией припоминания – анамнесиса. Эрот испытывает влечение к красоте (греч. καλόν – выражает также определенный аспект «блага» вообще) и, следовательно, еще не обладает ею, но отсюда не следует, что он сам безобразен или не благ: эрот – не бог, а демон, т.е. промежуточное существо между богом и человеком, между красотой и безобразием, добром и злом, мудростью и незнанием. В силу этого Эрот оказывается связующим звеном между миром небесным и земным и – для человека – средством восхождения к небесному миру. Метафизическая (недосягаемая) реальность предстает у Платона как эстетический объект любви, а Эрот оказывается метафорой философствования. У Аристотеля перводвигатель движет космосом как объект любви (эроса) (Met. 1072b2). Плотин в трактате «Об эросе» («Эннеады» III 5) перетолковывает платоновский миф в духе стоической аллегорезы: Эрот происходит от нищеты-материи (лишенной всякой формы) и богатства-логоса, исходящего из ума (нуса), и принадлежит Афродите-душе (как в макро-, так и в микрокосмосе), занимающей промежуточное положение между нусом и материальным миром; как «сопряженный с материей», Эрот «ущербен благом, но и стремится к нему, ибо от него рожден» (III 5, 9). В эллинистических философских школах эрос низводится до уровня опасной «страсти» (патос), угрожающей апатии стоического и атараксии эпикурейского мудреца и подлежащей искоренению (Диоген Лаэртий X 118).
    Литература:
    Nygren Α. Eros und Agape. В., 1955;
    Schiavone M. Il problema dell' amore nel mondo greco, v. 1. Mil., 1965;
    Lotz J.B. Die Stufen der Liebe. Eros, Philia, Agape. Fr./M., 1971;
    Lesky A. Vom Eros der Hellenen. Gött., 1976;
    Fasce S. Eros. La figura e il culto. Genova, 1977.
    А.В.Лебедев