* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

907 ПУБЛИЧНЫМ КРЕДИТ 908 дарство «принудительно» выпускает своп обязательства. Это — область «принудитель­ ных займов». Среди наиболее поучительных примеров нужно назвать выпуск в Герма­ ния «долговых обязательств принудитель­ ного займа» по закону от 20 июля 1922 г. на 70 млрд- бум. марок. Характер чрезвычай­ ного налога, который присущ принудитель­ ному займу, ярко обнаружился в дальней­ шей судьбе германского займа: закон от 15 июля 1.925 г., установивший частичное (25 мар. за 1000 поминальных) восстановле­ ние ценности (ревалоризацию) обесценишихся вследствие падения марки зай­ мов, признал обязательства принуди­ тельного займа пе подлежащими ревалори­ зации. Но если бы принудительный заем и был погашен, то это погашение юридиче­ ски могло бы быть приравнено к выдаче обратно излишне взысканной суммы на­ лога, а не к подлинной ликвидации подлин­ ного заемного обязательства. В сферу П. к . мы относим те государственные займы, ко­ торым присущ характер добровольности и которые основываются па договорных со­ г л а ш е н и я х — п о д о б н о всяким иным обяза­ тельствам, выпускаемым в публику. IV. А н н у л и р о в а н и е г о с у д а р ­ с т в е н н ы х з а й м о в . Есть еще один Момент, который па первый взгляд предо­ стерегает нас против причисления госу­ дарственных займов к общей категории «публичных Займов», Это — аннулирование госзаймов, непризнание со стороны одного правительства обязательств, выданных дру­ гим правительством. Наиболее грандиозный пример такого аннулирования совершился как следствие Октяорьекого переворота и вылился в серию декретов, начиная с де­ крета от 21 января 1918 г. об аннулировании государственных займов и кон чая декретом от 19 марта 1919 г. о ликвидации обязательств государственных предприятий. В менее грандиозной форме многочисленные при­ меры аннулирования государственных зай­ мов встречают нас в практике отдельных с.-американских штатов —- в особенности в промежуток между 1870 и 1880 гг. (Мис­ сури, Флорида, Алабама, С. и ІО. Каролина. Георгия, Луизиана, Мичиган, Виргиния). Аннулирование государственных займов со­ вершилось здесь по линии отказа нести бремя долгов, созданных правительством «старого режима» (Советская Россия) или правительством, расточавшим народные средства (отдельные штаты С. Америки). Не входя в оценку политического значения актов об аннулировании займов, обратим внимание на тот факт, что ітод и х угрозой в равной мере могут оказаться не только государственные займы, но и займы ча­ стных обществ: декрет от 19 марта 1919 г. освободил от старых облигационных займов государственные предприятия, в чьи руки перешли активы, а вместе с тем и пассивы (следовательно, ответственность и по обли­ гациям) национализированных обществ. V. О б щ е х о з я й с т в е н н о е и ю р н д и к о-э к о н о м и ч е с к о е понятие П. к. Отвлечемся на время от много­ образия форм эмиссий и сосредоточим внимание па том, что публика, путем под­ писки, помещает свои свободные капиталы, «инвестирует» их в тех или иных ценно­ стях. В экономический организм данной страны вливается струя свежих средств и заставляет действовать более энергично и продуктивно. В этом смысле понятие П. к. растворяется в широком понятии инвестиро­ вания, вкладывания в хозяйство публичновыпущенных капиталов. В англо-саксонской практике данное обобщенное значение кредита закреплено в терминах: «to invest* — помещать капи­ талы, «investment» — помещение капита­ лов. Перед таким народно-хозяйственным смыслом П. к. отступает на второй план все многообразие путей, через которые вли­ ваются публичные капиталы. Если к тому же, как мы убедимся в дальнейшем, ж и з н ь в су­ щественной степени сглаживает острые раз­ личия между отдельными типами ценных бумаг и вырабатывает рад переходных ступеней, то данное явление приобретает еще более глубокую поучительность: у на­ ции есть свободные средства, сбереженные капиталы, и эти капиталы путями, имею­ щими склонность к сближению, поступают в общий хозяйственный оборот. Но та­ кое понимание П. к., при всей его пра­ вильности в качестве последнего экономиче­ ского обобщения, таит в себе опасности, если его некритически распространить п а отдельные факты публичного размещения капиталов. Действительно, в общенарод­ ном масштабе, с точки зрения получения реальных жизненных благ, безразлично, на какие средства эти блага получаются —- на занятые или на собственные, но для дан­ ного предприятия далеко не безразлично, опериру ет ли оно капиталами собственнымн или взятыми в долг. Поэтому, если и пра­ вильно, что капитал «акционерный, скла­ дочный» и капитал «облигационный, заем­ ный» есть одинаково продуктивный капи­ т а л , порождающий экономические ценно­ сти, то отсюда никак не следует, что данное предприятие или данный публичный орган должны не думать о погашении займов или о конверсии. П. к. есть помещение капита­ лов в народно-хозяйственный организм в форме заемной операции, с вытекающим отсюда наличием «кредитора», ссужающего капиталы, и «должника», обязанного воз­ вратом суммы и уплатой процентов за ее использование. Поэтому, несмотря па их соблазнительность, должны быть отверг­ нуты встречающиеся и в н а у к е , и в полити­ ческих кругах, и в деловых организациях (мнения некоторых экспертов английской официальной комиссии о погашении госу­ дарственного долга) мнения, что публичные ' долги следует рассматривать как и всякое иное капитальное вложение, т.-е. следует их сохранять в народно-хозяйственном орга­ низме, а не стремиться уменьшать, ликви­ дировать. Лозунгом здоровоіі финансовой политики государственных или частно­ правовых организмов является' ослабление долгового бремени не только в смысле его размеров, но н в равной степени в смысле форм давления». Этим, например, объ­ ясняется стремление современных акционерпых обществ в С. штатах заменят'!, акции г