* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

249 А. А . ИВАНОВЪ. 250 классвымъ, но его умъ былъ еще ботве таланта. Этотъ умъ, созревая, и былъ причиною выхода иаъ узкой умственной атмосферы, его окру­ жавшей. Благодаря ему, онъ и разошелся съ господствовавшнни воззръ^ямн въ живописи того вреиени, его умъ натолкнуть его на не­ обходимость черновой исторической работы... Въ его мозгу появилось оригинальное представлеше о картине, въ которой бы все было осно­ вано, такъ сказать, на законахъ. По услов1янъ времени, подобныхъ образцовъ въ то время еще нигдЬ не появлялось; стало быть, прихо­ дилось начинать сначала во всенъ. Ивановъ принимается за трудъ, который былъ подъ силу только такому уму и характеру. Историческая заслуга Иванова—та, что онъ сдёлалъ для всехъ иасъ, русскихъ художннковъ, огромную просеку въ непроходимыхъ до того дебряхъ, и именно въ томъ направленш, въ которомъ была вужва большая столбовая дорога, я открылъ такимъ образомъ новые горизопты. Убрать срубленныя деревья и щепки, а гвмъ более укатать и шос­ сировать самую дорогу—ему ве пришлось, по­ тому что въ концу своей работы, когда для его радостваго взора стала, наконецъ, откры­ ваться вовые виды, талантъ его оказался раздавленнымъ его умомъ-и это ясно повБствуетъ его картина, Словомъ, овъ оказался жертвой ва русское искусство, онъ поступился внеш­ ностью противъ своей воли — фатально н по необходимости. Вотъ почему его картина попу­ лярною быть не ногла при своемъ появленш, да едва ли будетъ и впоследствм, во она оста­ нется надолго, если не навсегда, предметоиъ удивления и нзучешл для спепдалистовъ. ...„Ни о д и н ъ х у д о ж н и к ъ н е с д е л а л ъ д л я р у с с к а г о и с к у с с т в а б о л ь ш е его... Определите идеалы искусства теперяшняго вре­ иени, и иы увидите, что Ивановъ уже 50-тъ летъ тому назадъ понялъ ихъ, опредъмилъ для себя и стремился къ осуществлешю. Ч е г о бы вы ни к о с н у л и с ь : к о н п о з и ц г н , р и с у н к а , с о д е р ж а ш я , — вы найдете, что И в а н о в ъ у д о в л е т в о р я л ъ н м ъ въ с в о и х ъ р а б о т а х ъ с о з н а т е л ь н о . . . Но вотъ это-то сознаше — великое въ художнике его вреневи — и было темъ тормазомъ, который лвшаетъ талантъ сво­ боды исполнены, пова ве усвоены npienbi до механической безсознательиости. Это сознаше было ядонъ, разложипшнмъ элементы худож­ ника на составныя его части. Все изъ вы­ дающихся людей его вренени были на стороне его труда и его почина; они только не иогли понять необходимости нзбраннаго Ивановымъ пути... Но теперь ясно, что избранный имъ путь — былъ путь научный, который одинъ способенъ привеств въ благотворнымъ резуль­ т а т а м ^ если мы желаемъ изучить и вывести на сцену действительный, а не призрачный характеръ... ...„У Иванова во всемъ, чему овъ давалъ значете подготовки къ самому делу, оказа­ лось гораздо более настоящаго, художествен­ наго, живописнаго элемевта, чемъ въ кар­ тине... Съ новымъ поколешеиъ, воспитанными уже въ школе Иванова, съ первыхъ шаговъ многое, стоившее ему такой цены, будетъ усвоево легко. „Посмотримъ теперь, чтб внесено Ивано­ вымъ въ русское искусство новаго. ...Въ сочинеше или композипДю онъ внесъ идею не про­ извола, а внутренней необходимости, т.-е. соображеше о красоте лишй отходило на послед­ ний планъ, а на первонъ месте стояло выра­ жеше мысли, красота же являлась сама собой, какъ с л е д с т е . Въ рисунокъ — чрезвычайное разнообразие, т.-е. индивидуальность, не только лица, но и всей фигуры, по анатомическому построешю, и искаше, какое анатомическое строеше должно отвечать вадуманиому харак­ теру. Въ живопись — совершенно натуральное освещеше всей картины, сообразное месту и времени, а во внешни! видь картины — необ­ ходимость эпохи... Нельзя свазать, разумеется, чтобы указанный стороны искусства не встре­ чались вовсе прежде, ио не одно н то же— в с т р е ч а е т с я ли э т о , к а к ъ с ч а с т л и в ы й п р и д а т о к ъ , или к а к ъ п р н н ц н п ъ . И потону, реформаторская смелость перваго почина Ива­ нова—изобразить всю сцеву действительно на воздухе н действительно въ пейзаже—должна быть подчеркнута. Я уже не говорю о самомъ главномъ—о характерахъ... Идею характеровъ —невымышленныхъ, а деЛствительныхъ, если онъ и могъ заииствовать, то только у Леонар­ до-Винчи, у котораго одного, нзъ всехъ худож­ ннковъ стараго и новаго вреневи, и есть эта черта..., (но) Ивановъ погаелъ дальше на столь­ ко, на сколько передвинулся вевъ... Картины Иванова—первая и вторая, а эатемъ этюды и, ваконецъ, эскизы — показывають, какъ, шагъ ва шагомъ, онъ долженъ былъ до основашя сломать въ себе стараго художника съ академическинъ фундаментомъ, и вся его живнь есть печальная повесть о томъ, какъ нн одно внаBie, вывесенпое изъ Академш, не принесло еиу пользы, а все служило помехой... К а р т и н у свою онъ н а ч а л ъ еще въ т о в р е м я , к о г д а