* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки
ЛОНГФЕЛЛО [569 570] ЛОНГФЕЛЛО с яте я многочисленные переводы Л . , и з ко торых самым значительным я в л я е т с я пе ревод «Божественной комедии» Данте. Н а к о нец д л я третьей группы х а р а к т е р н ы произ ведения, относящиеся к попыткам Л . соз дать национальный эпос («Evangeline» 1847; «The Courtship of Miles S t a n d i s h ^ — С в а т о в ство Майльза Стэндиша>, 1858; «Tlie Song of Hiawatha*—чкПеснь о Гайавате», 1855). Л и р и к а Л о н г ф е л л о , бес претенциозная и не л и ш е н н а я некоторого изящества, была поэти ческим выражением того умеренного опти T мистического идеализма, который был при способлен Эмерсоном д л я н у ж д пуританс ки настроенной б у р ж у а з и и американского Севера под кокетливым названием «трансцеп дентального индивидуал измай. Евангелие давило на философию. Б о р ь б а против не справедливостей общественного строя под менялась проповедью нравственного совер шенствования. Певец примирения с судьбой и т и х и х радостей домашнего очага, Л . дал ряд классических образцов прекраснодушномещанской лирики («Psalm of Lile&—Л салом жизни», ^Footsteps of Angels»—«Поступь ан гела», « Е х с е Ы о г » — - п о э м а беспредметного стремления ввысь и д р . ) . Особенно четко и в ы п у к л о идеалы буржуазно-мещанского пра ктицизма сформулированы Л . в стихотворе нии «The B u i l d i n g of the Ship» (Постройка к о р а б л я ) . Некоторые к р и т и к и не без основа н и я сравнивали исключительную б у р ж у а з н у ю благонамеренность этого стихотворе н и я с идеями глубоко мещанской «Песни о колоколе» Ф р . Ш и л л е р а . Лонгфелло отразил идеологическую бескрылость буржуазной в е р х у ш к и Сев. штатов. В к о н ф л и к т е Севера с рабовладельческим Югом Л . о т р а ж а л то архнумерепнос буржуазное точение, кото рое не ш л о д а л ь ш е antislaver& изма (в про тивовес куда более последовательному або лиционизму революционной мелкой б у р ж у а з и и во главе с Л и н к о л ь н о м ) . Характерным д л я этого течения произведением и явились «Песни о рабстве» (Poems of Slavery, 184&i) Л.—единственная его дань antislaver с ком у движению,—к-рые носят элегический х а р а к 1 тер и не содержат сколько-нибудь значитель ного социального протеста. Негры-рабы д л я Л . только объект с о ж а л е н и я и благочести вых п о ж е л а н и й . Он славословит некую плантаторшу, добровольно освободившую своих рабов (см. стих. «Tlie good part that Bhall not be taken avay») и одновременно с этим приходит в у ж а с от одной мысли, что рабы могут в з я т ь в собственные руки дело своего освобождения. П р и этом возможное восста ние рабов сравнивается с местью «бедного слепого Самсонам филистимлянам (см. стих. "The Warnings—«Предостережение»).—Про текционистски и патриотически настроенная б у р ж у а з и я Сев. штатов стремилась обзаве стись своей собственной национальной к у л ь т у р о й . Осуществление этого стремления и составило з а да чу консервативной и н т е л л и генции у1швсрситетских городов. Л . был одним из апостолов этого движения и п р а к тическим его проводником. Механическое перенесение на американскую почву р е к в и зита англо-немецкой романтической ш к о л ы , противоестественный ренессанс не существо в а в ш и х в Америке традиций средневековой лит-ры, импонировавший нац. снобизму б у р ж у а , был в сущности проявлением того ж е стремления, которое в наивной форме выра ж а л и нажившиеся бутылочные фабриканты, с к у п а я в Старом Свете оскудевшие дво рянские замки с фамильными привидения ми. Некоторые пз баллад Л . («The Skeleton i n Armour*—«Скелет в кольчуге»,«Тпе Wreck of the „ Hesperus"*—^Гибель ,,Гесперуса >) имели шумный успех. Драматические п р о и з ведения Л . , разрабатывающие средневеко вые сюжеты, представляют очень м а л ы й х у дожественный интерес. Чрезмерно свободное обращение с европейскими образцами дало повод двум видным критикам эпохи, Эдга р у По и Маргарет Ф у л л е р , обвинять Лонг фелло в плагиате. В общем ничего особенно значительного в этой области Л . не с д е л а л , однако его р о л ь в доле ознакомления аме риканской читающей п у б л и к и с европей ской лит-рой значительна. Задачей, п а р а л лельной делу создания своей литературы «не х у ж е европейской», было воссоздание зад ним числом ее корней—национального эпо с а . К а з а л о с ь , здесь возможности были огра ничены самым фактом позднего появления колонистов на материке. «Евангелинаа—па стораль в гекзаметрах, написанная под не сомненным влиянием гётевского «Германа и Доротеи»,—воспевала жизнь ранних фран ц у з с к и х поселенцев. «Сватовство Майльза Стэндиша» в тех ж е тонах идиллии гово рило об англичанах. Но наиболее значитель ным опытом Лонгфелло в области эпоса бы л а «Гайаватаг, эпическая поэма, построен н а я на материале индейского фольклора. В поисках корней своего генеалогического дерева «брамины» (университетская г р у п п а поэтов, возглавляемая Лонгфелло) натолкну лись на поэзию уничтожаемых и х соотечест венниками индейских племен и использо в а л и ее с грубым цинизмом завоевателей. Основываясь на «Алгических изысканиях» Скулкрафта, правительственного агента по индейским делам, «человека с недостаточ(Ь