* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

МИНОЙСКО-МИКЕНСКОЕ ИСКУССТВО атектонической динамикой (сначала — стиль василики, в конце периода — стиль камарес). Часты сосуды с характерными для III тыс. до н. э. формами: сдвоенные, фигурные, с удлиненным сливом (аналогии — в керамике Трои II и кикладской). В техническом отношении наиболее совершенны полированные каменные (мрамор, стеатит, алебастр) сосуды, создававшиеся под влиянием аналогичных египетских, но отразившие и местные формы. Производится множество гемм-печатей из наиболее поддающихся обработке материалов; стеатита, слоновой кости. Во время следующего, среднеминойского периода (ок. 2000 — ок. 1580 до н. э.) общество и культура минойского Крита, несмотря на то и дело переживаемые природные и военно-политические катаклизмы, уверенно двигались в направлении к своему расцвету. Приметой новой эпохи стало сооружение на Крите — в Кноссе, Фесте, Маллии, Като-Закро — больших и роскошных дворцов, украшенных настенной живописью и множеством произведений прикладного (камнерезного, керамического и т. д.) искусства. Этот строительный процесс ознаменовал собою: 1) утверждение новой, авторитарно-бюрократической власти, которая нуждалась в зрелищных, впечатляющих и — соответственно — дорогостоящих формах своей репрезентации, и 2) создание централизованной системы хозяйства, которая, способствуя концентрации богатств в руках власти, давала ей материальную возможность воплотить эти зрелищные формы в действительность в виде огромных дворцов, их роскошной отделки и обстановки. Однако, хотя закономерное стремление деспотической власти предъявить окружающему миру собственный визуальный образ, способный внушить ему благоговение, делает понятным беспрецедентные масштабы строительной и художественной деятельности в среднеминойский период, равно как отдельные особенности искусства этого времени, оно не может даже отчасти объяснить его дух и стиль. Конечно, критские дворцы должны были производить желаемый эффект уже своими размерами (вся территория Кносского дворца — 180?130 м, его двор — 30?50 м). Кроме того, изображениям процессий и обрядов в стенописи из Кносса явно было придано настроение ритуальной серьезности и торжественности, а роспись Тронного зала в Кноссе своей симметрией и статичностью подчеркивает значимость трона как символа власти. Но в обоих случаях искомый эффект был достигнут заимствованными средствами: так, композиция «Царь-жрец» (Ираклион, Музей) выдает египетское влияние и общим построением фигуры, и приданным ей «иератическим шагом» (обе стопы идущего прижаты к полу), а роспись Тронного зала с грифонами очевидным образом воспроизводит т. н. геральдическую композицию месопотамского происхождения. Больше того, общее настроение царственного величия, которого требовала функция данного помещения, было смазано из-за неспособности художника совладать со своими коренными творческими инстинктами: спинке трона, этого седалища и символа власти, он придал размягченные, почти текучие формы и к тому же поместил его не прямо против 426