* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

217 ГЕРМА Н1я 218 теперь были иныя, ч*мъ прежде: на обязанности его лежало поддерживать въ имперш нужное для преусп*яшя нацш равнов£с1с территор1альныхъ государству теперь ужъ не силой, а только дипломатическимъ путемъ обуздываемыхъ, и по мере возможности обезпечить ей внешнюю целость, л ъ борьб* за гегемошю и за обладаше императорской короной между динасиями Г а б с б у р г о в ъ и Л ю ­ к с е м б у р г о в ъ одолела въ итог* первая. Поставлен­ ные въ необходимость, главнымъ образомъ, изъ сво­ ихъ средствъ покрывать расходы на императорское представатсльство и на активную политику внутри и вн* имперш, Габсбурги нашли выходъ изъ этого положешл: они воспользовались своимъ император­ ски мъ авторптетомъ для умножешя собственной террнтор1альной власти. Эта тенденция къ расгинренш и умножевш габсбургской династической мощи (Hausmacht) была направлена частью па востокъ (Богемш, Вонгрпо и прилегающая страны), частью въ сторону Рейна (Северная Швейцар1л, Шваб1я, Лотарннпл, Бypгyндiя Фландгля). Интересы боль­ шинства крупныхъ н*мецкнхъ территор1альныхъ князей этимъ пока зад*ты не были; съ другой сто­ роны такал политика сокращала общснмперск-ie расходы, такъ какъ переносила затраты на борьбу съ определившимися съ X I V в. вн*шннмн врагами нащи,—Польшей, Typnjefi н Франщей,— на одну Австрш. Обычные укоры нсторнковъ по адресу эгоизма Габсбурговъ, нанесшаго ущербъ имперш, далеко не основательны: вся вина Габсбурговъ въ томъ, что они защищали интересы не во имя какихълнбо высокнхъ ндеаловъ м]рового господства или полноты власти, а исходя пзъ реальныхъ нуждъ своихъ собственныхъ, раскннутыхъ по имперш зе­ мель и ради удовлетворена своихъ семейныхъ притлзашй. Европейская политика н*мецкнхъ импера­ торовъ съ этого времени мельчаетъ, хотя н*которыс императоры (преимущественно пзъ Люксембургскаго дома, напр., С н г и э м у н д ъ , 1410—37) и занимали въ Европ* внушительную позищю, въ качеств* вообще спльныхъ и способнихъ государей, а отнюдь не всл*дств1е принцишально признаваемаго преоб­ ладания императорской власти: подобнаго рода прнтязашя были похоронены вм*ст* съ Гогенштауфенамп. Внутри HMnepin въ эту эпоху все более развивается партикуляризм территор1й, узаконен­ ный, частью въ чисто-династическихъ видахъ, з о л о т о ю б у л л о й (1356) императора К а р л а I V (1347—78) изъ дома Люксембурговъ. Въ этихъ государствахъ все бол*е упрочивается абсолютная моuapxin, укр*пляемая начавшейся еще съ Гогенштау­ феновъ рецепщей римскаго права; бол*е мелшя, политически тонсе самостоятельный террнторш, го­ рода п импереюя рыцарешя пом*стья начинаютъ подпадать подъ вл!ян10 пли власть крупныхъ государствъ. Л и т ь тогда, когда *въ силу эко­ номическая преусп*лн]я (Г. сравнительно легко пережила знаменитую черную смерть 1347 — 49) и частью заимствованная иэвн* (главнымъ образомъ, изъ Италш) культурнаго подъема (гуманнзмъ и дореформащонная релппозно-политпческал мысль) эволюцшньруетъ и политическое самосознаше на­ ши, д*лаются попытки снова влить въ м*хи импе­ рш новое вино. Планы реорганизации появляются въ памфлетной литератур* (такъ наз. «реформацш» ими. Снгизмунда или имп. Фридриха 111), обсу­ ждаются даже органомъ нацшнальнаго единства — нмиерскимъ сеймомъ (а р х i е п и с к о п ъ Б е рт о л ь д ъ М а й н ц с к ] й ) и, наконецъ, прп имп. Мак с п м п л 1 а н * I (1493—1519), выливаются въ со­ з д а л и особаго, нежизнеспособна™, однако, Р е й х о р е г и м е н т а (постоянной представительной колле­ ) п и для веденш имперской админпстрацш), громозд­ ка™ и потому мало-полезнаго общеимперскаго суда (Reichskammergericht) и объединения мелкихъ терpuTopifl и городовъ въ особые OKpyra(Reichskreiseintheilung), военно-административные, въ конц* копцовъ, облегчивппе только пхъ подпадете подъ гёгеMOHiro TeppnTopifi крупныхъ. Эта реорганизацш про­ изошла наканун* огромнаго переворота, назван­ н а я , въ силу преобладашя въ немъ релипознаго элемента, выдвинута™ на первый плапъ мощною индивидуальностью М а р т и н а Л ю т е р а (1483 — 1546), р е ф о р м а ц 1 е й , и объединившей въ себ* и попытки низшнхъ классовъ улучшить свое хозяй­ ственное положеше ( к р е с т ь я н с к а я в о й н а 1524— 1525), н стремлешя рыцарства отбиться отъ угрожавшаго имъ хозяйственна™ ига городовъ и политическаго ярма территор1алъныхъ князей ( р ы ц а р ­ ское в о з с т а ш е Франца фонъ З н к н н г е и а 1522—23), и общее стремлеше наши избавиться отъ хозяйственной эксплоатацш римской церковью ( G r a ­ v a m i n a — ж а л о б ы сейма за ц*лыхъ полъ-в*ка до Реформацш, спещально же въ двадцатыхъ годахъ X V I ст.) и политическую борьбу террнтор1альныхъ князей противъ угрожавшаго со стороны IIMIK К а р л а V(1519—1556) абсолютизма. Все это разыгра­ лось, однако, на фон* глубоко пережитаго народной массой релипознаго кризиса, въ основ* своей вызваннаго трудностью усвоешл германскими север­ ными народами выработанныхъ на юг*, изъ заим­ ствованной съ востока релипп, церковныхъ догмъ и обрядностей,—въ частности же подготовленнаго безпрерывнымъ за посл*дшястол*тш среднев*ковья ростомъ крнтическаго отношешя къ релппозной мысли вообще, и спещально—къ ученио католиче­ ской церкви. Благодаря энергичному использованш недавно изобр*теннаго книгопечаташл и значительно улучшенныхъ за время расцв*та торговли путей сообщения, эта револющя охватила шпроше слои населешя и проявилась въ самыхъ разнообразныхъ формахъ: памфлетной борьб*, релниозныхъ дпепутахъ н конгрессахъ, рыцарскнхъ и крестьянскнхъ* возсташяхъ, коммунпстнчеекпхъ бунтахъ (напр., м ю н е т е р е к п х ъ а н а б а п т и с т о в ъ 1535 г.) и релипозно-политпческихъ войнахъ, справиться съ ко­ торыми въ интересахъ имперш такъ и не удалось могущественному, но безпрерывно отвлекаемому широкой европейской политикой имп. Карлу V. А у г с б у р г с к 1 Й р е л п п о з н ы й м и р ъ (1555) далъ и*мецкой нацш въ значительной степени ею же самою выработанный modus vivendi, установивъ для страны безусловное преобладаше автономныхъ и политически, н релппоэно ( c u j u s r e g i o — e j u s r e l i g i o ) территорий, гд*, въ медленной, но безна­ дежной борьб* съ абсолютизмомъ государей, вымираютъ старыя сословныя учреждешя, — посл*дшй отзвукъ древне-германской свободы. Пмператоръ теперь бол*е, ч*мъ прежде, только блюститель политическаго равнов*с1я внутри имперш, и лишь релииозная рознь между террнтор1ями(релипозный фанатизмъ проявлялся не только въ католицизм*, съ его мощно работавшей въ Гермаши организацией iesyuTскаго ордена, или въ боевомъ по назначешю своему к а л ь в и н и з м * , но и въ закостен*вшсмъ ортодоксальномъ лютерансть*), да недочеты Аугсбургскаго релипознаго мира, даютъ ему чаще, ч*мъ прежде, поводъ вм*шнваться во внутреншл д*ла террптор1й,. въ большинств* случаевъ безусп*шно. То, что ди­ н а с ™ Габсбурговъ связываетъ себя определенно съ однпмъ (католическимъ) изъ трехъ борющихся за преобладате въ государстве в*роиспов*дашй, при­ водить къ постепенному отчуждетю отъ Австрии большого числа составлявишхъ империю политпче-