* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

811 ГЕГЕЛЬ 812 хожденш оть чувственной уверенности чрезъ восnpiflTie, разеудокъ и самосознаше къ разуму. Этотъ внутренний процеесъ человеческая сознашя разсматривается въ ф е н о м е н о л о г и и духа, которая нъ смысле подготовки ума къ поннмашю гегелевской точки зрешя можетъ служить введешемъ во всю его систему, а потому и была пмъ изложена въ вышеупомянутомъ особомъ сочиненш, раньше его логики и энциклопедии философскихъ наукъ, въ которую она иютомъ воинла въ сжатомъ виде. Последняя иизъ трехъ наукъ субъеи;тивнаго духа, п с и х о л о г i я, г по содержанию своему приблизительно совиадаетъ съ главными частями обыкновенной психоло­ гии, но толысо это содержание располагается не въ своихъ эмпнрнческихъ частностяхъ, а въ своемъ общемъ смысле, каисъ внутренний процеесъ самораскрывающагося духа. ДОСТИГШИ ВЪ теоретнческомъ мышлении и въ свободе воли настолшаго самоопределения въ своей внутренней сущности, духъ возвы­ шается надъ свосио субъективностью; онъ мо­ жетъ и долже1гь проявить своио сущность пред­ метно - действнтельнымъ образомъ, стать духомъ о б ъ е к т и в н ы м ъ . Первое объективииое проявление свободнаго духа есть п р а в о . Оно есть осуществле­ ние свободной! ЛИЧНОЙ воли, во-первыхъ, "по отно­ шении© къ внешннмъ вещамъ—нраво с о б с т в е н н о с т н , во-вторых*, по отношению исъ другой воле— нраво д о г о в о р а , и, наконецъ, по отиошешю къ своему собственному, отрицательному действпо чрезъ отрицаше этого oтpицaнiя—право н а к а ­ з а н и я . Нарушение права, лишь формально и абстрактно возстановляемаго наказанием*, вызы­ ваетъ въ -духе м о р а л ь н о е требоваше реальной правды и добра, которыя ииротивополагаются не­ праведной и злой воле каисъ д о л г ъ (das Solleuu), говорящий ей въ ея с о в е с т и . Изъ этой раздвоен­ ности между долгомъ и недолжной действитель­ ностью духъ освобождается въ действительной н р а в с т в е н н о с т и , где личность находить себя внутренне связанною ИЛИ солидарною съ реаль­ ными формами нравственной жизни, или, по тер­ минологией Г., субъеистъ сознастъ себя какъ одно съ н р а в с т в е н н о ю с у б с т а н ц 1 е й на трехъ степеняхъ ея проявления: въ с е м е й с т в е , въ г р а ж д а н с к о м ъ о б щ е с т в е (bllrgerluche Gesellschaft) и въ г о с у д а р с т в е . Государство, по Г.,—высшее проивлешс объективнаго духа, совершенное воплоще­ ние разума въ жизни человечества; Г . называетъ его даже богомъ. Какъ осуществлений свободы ка­ ждаго въ единстве всехъ, государство вообще есть абсолютная самоцель (Selbstzweck). Национальный же государства, исакъ н те народные Духи (Volksgeister), исоторые въ этихъ государствахъ воплощаются, суть особый проявлешя всем1рнаго духа, и въ ихъ исторцческихъ судьбахъ действуетъ все та же ддалсктпчесисал мощь этого духа, исоторый черезъ ихъ смену избавляется постепенно отъ своихъ ограниченностей и односторонностен и достигаетъ своей безусловной самосознательной свободы. Смыслъ истории по Г. есть п р о г р е е с ъ в ъ с о з н а н 1 и с в о б о д ы . На Востоке свободнымъ сознаётъ себя только о д и н ъ ; все объеистнвныл проявления разум­ ной человечес1сой воли (собственность, договоръ, наказание, семья, гражданские союзы) здесь существуютъ, но исключительно въ своей общей суб­ станции, при которой частный субъектъ является лишь какъ a c c i d e n s (напр., семья в о о б щ е узаконяется каисъ необходимость, но связь даннаго субъеиста съ его собственною семьей есть только случайность, ибо единственный субъеистъ, которому принадлежитъ здесь свобода, всегда молсетъ ию праву отнять у любого изъ своихъ подданныхъ его жену и детой; точно также наказание въ своей общей сущности признается здесь вполне, но право действительная преступника на наказание и право н е в и н н а я быть свободнымъ отъ наказания не суще­ ствуетъ и заменяется случайностью, ибо единствен­ ный субъеистъ свободы—властитель—имеетъ обще­ признанное право наказывать невинныхъ и награ­ ждать преступниковъ). Въ классическом* Mipe субстанциальный характеръ нравственности еще остается въ синие, но свобода признается уже не за однимъ, а за н е с к о л ь к и м и (въ арпстокрайяхъ) ИЛИ за М Н О Г И М И (въ демократиях*). Толысо в* германо-христианском* Mipe субстанция нравствен­ ности всецело и неразрывно соединяется съ субъ­ ектом*, какъ таковымъ, и свобода сознается каисъ неотъемлемое достояние в с е х ъ . Европейское госу­ дарство, какъ ocyuuecTB.ienie этой свободы всехъ (въ пхъ единстве), заключает* въ себе, въ качестве своихъ моментовъ, исключительный формы преж­ них* государствъ. Это государство .есть необходимо монархия; въ особе государя единство ц е л а я является и действуетъ каисъ живая u личная сила; u эта центральная власть о д н о г о не ограничи­ вается, а восполняется участием* н е к о т о р ы х * въ управленш н представительствомъ в с е х ъ въ сословныхъ собрашяхъ u въ судахъ присяжных*. Въ u совершенном* государстве дух* объеистивируется какъ действительность. Но, нося въ себе абсолют­ ную идею, онъ иизъ этой объеистивацш возвращается къ себё и проявляется каисъ духъ абсолютный на трехъ степенях*: искусства, религии п философш. Красота есть непосредственное присутствие ими иидеи в* единичном* кониеретномъ лвлеипн; это—абсолютное въ сфере чувственнаго созерцания. Въ природе иерасота есть лишь безсознательное отражение или ciflHie идеи; въ искусстве прежде, чемъ получить непосредственииую видимость на объекте, она проходитъ черезъ сознательное воображеше субъекта (художника) и потому пред­ ставляетъ высшую степень нросветлеш'л природного матер1ала. На BocTOice искусство (в* своемъ гос­ подствующем* здесь виде—архитектуре) еще близко къ природе; исаисъ сама природа есть символ* бо­ жественной идеи, Taic* это искусство имеетъ ха­ раистеръ символичесиий: матер1альный объект* свя­ зан* иидеей, но не проникнут* ею вполне. Такое полное проникновение, совершенная ощутительность иидеи и всецелая идеализация чувственной формы достигается в* искусстве классическом*. Эта абсо­ лютная гармошл объективной красоты нарушается въ исисусстве романтическом*, где идея, в* форме духовности! ИЛИ субъективности, решительно пере­ вешивает* природную чувственную форму и стре­ мится, такимъ образомъ, вывести искусство пзъ собственныхъ пределовъ въ область релипи. Въ религии абсолиотное проявляется съ более об­ щимъ объе1стнвнымъ и, вместе съ тем*, более глубо­ ким* субъективным* хараистеромъ, нежели въ искус­ стве. Оно открывается представлешю и душевному чувству, каисъ сверхчеловечесисое, совершенно не­ зависимое отъ конечнаго субъекта, но теснейшим* образомъ съ нимъ связанное. Въ релнпяхъ восточ­ н а я язычества Божество представляется каисъ с у б с т а н ^ я п р и р о д н а я Mipa (напр., какъ светъ въ иранской, каисъ загадка ЖИЗНИ ВЪ египетской); на дальнейшей ступени релпгшзнаго сознашя Богъ от1срывается каисъ с у б ъ е к т ъ (въ форме «возвы­ ш е н н а я » монизма у евреевъ, въ форме преиерасной телесности у греков*, въ форме целесообразная отношешя пли практпческаго разума у римлянъ). Хрнспанство, исакъ абсолютная релнпя, признает* ВИДИМОСТЬ