* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки
89 Франция. 90 волюции так резко обозначилось во тели со сказочною быстротою. И во всей Ф., что для неопределенной, ублю прос: „что же делать?" возникал тогда дочной партии не было места. В силу со всем трагизмом, какой он приобре самих событий жирондисты, проти тает в минуты народного кризиса. Те, вясь дальнейшему развитию револю для кого лучшим, высшим средством ции, неизбежно оказались, вместе с против всех общественных зол является фёльянтами и роялистами, в лагере „наказание виновных", ничего другого противу-революционеров; и, как тако не сумели предложить, как смертную вых, революция неизбежно должна казнь спекуляторам, усовершенствова ние полицейской машины „обществен была их устранить. Казнь короля глубоко отозвалась во ной безопасности" и революционного всей Ф. Если буржуазия была объята суда —что представляло, в сущности, страхом при виде такой дерзости мон не что иное, как возврат к суду сен таньяров и дрожала теперь за свои тябрьских дней, но только без его от имущества и жизнь, зато наиболее кровенности. разумная часть народа увидала в этом Однако же в предместиях Парижа шаге новый поворот в революции и уже вырабатывалось в то время более стала надеяться, что теперь, наконец, глубокое течение мысли, искавшее побудет сделано что-нибудь, чтобы от строительных решений, и оно нашло крыть народу пути к обещанному ре свое выражение в проповедях одного волюционерами благосостоянию для рабочего, Варлэ, и одного бывшего свя всех. Велико, однако, было их разоча щенника, Жака Ру, за которыми стояли рование. Нищета,'все более и более все те „неизвестные", которые перешли черная, росла среди бедного населе в историю под прозвищем „бешеных". ния Парижа по мере того, как надви Эти „бешеные" понимали, что теории галась эта мрачная зима 1793 года о торговле хлебом без всяких ограни с ее недостатком хлеба, безработицей, чений, развиваемые в Конвенте Кондороговизной припасов и падением дорсэ, Сийесом и другими, совершенно курса ассигнаций. Парижская Ком ложны; и что жизненные припасы, раз муна, получая от Конвента значитель они поступают в торговлю в недоста ные денежные пособия для покупки точном количестве, легко могут быть зерна и муки, поддерживала в Париже, скупаемы спекуляторами. Они начали, хотя и с трудом, цену на хлеб в три поэтому, проповедывать необходимость су за фунт (около 6 копеек). Но чтобы коммунализации (обобществления) и купить дешевого хлеба, надо было национализации торговля, необходи простаивать добрую половину ночи на мость организовать по всей Ф. обмен тротуаре у дверей булочных. Притом продуктов по стоимости их производ народ понимал, что Коммуна, покупая ства,— мысль, которою вдохновились зерно и муку по тем высоким ценам, потом Годвин, Фурье, Роберт Оуэн, которые поддерживали скупщики, тем Прудон и их социалистические после самым обогащала их на счет государ дователи. Эти „бешеные" также по ства. Дело не выходило, таким обра няли—и мы увидим, что их идеи вскоре зом, из заколдованного круга спекуля начали прилагаться на практике,—что ции и наживы. А между тем спекуля недостаточно обеспечить каждому ция достигала ужасающих размеров. „право на труд" или даже „право на Она стала любимым средством обога землю"; что необходимо еще, чтобы щения нарождавшейся буржуазии. Не исчезла также коммерческая эксплоатолько поставщики для армии нажи тация; а для этого необходимо обобще вали крупные состояния в самое ко ствление торговли. роткое время, но на все велась такая Тогда как Робеспьер все еще надеялся же спекуляция в больших и малых размерах: на хлеб, на муку, на кожи, законным путем парализовать жирон на масло, на свечи, на жесть и т. д.,— дистов в Конвенте, „бешеные" поняли, не говоря уже о колоссальных спеку что покуда Жиронда будет властвовать ляциях на продаже национальных иму-, в Собрании, никакой экономический ществ. На глазах у всех люди бога прогресс для народа невозможен. Они имели смелость громко заявить, ч < т%