* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

387 АВТОБИОГРАФИИ РЕВОЛЮЦИОННЫХ ДЕЯТЕЛЕЙ 70—80 Г Г . 388 шествие в Москву. К нам же в последний свой день на воле зашел Суханов, непо­ средственно после свидания со своим на­ чальником, который сообщил ему, что след­ ствием уже установлено, что запал для мины на Малой Садовой ул. доставлен именно им, Сухановым, из артиллерийского склада, которым он заведовал. Мы настаивали, что­ бы он прямо от нас отправился за границу, но он гордо отверг наше предложение и был ночью арестован. Квартира эта была ликвидирована по требованию Комитета, находившегося уже тогда в Москве. Мы получили приказ не­ медленно явиться в Москву и выехали в конце мая. Вернулась я в Петербург3-го января 1882г. под фамилией Розановой. До моего приезда С. Златопольский был единственным пред­ ставителем Исполнительного Комитета в Петербурге; теперь нас было двое. Златопольский ездил в Москву один раз и вер­ нулся благополучно. Второй раз в апреле он был арестован, и некоторое время я оста­ валась одна, представляя Комитет в Петер­ бурге. Вскоре, однако, был прислан Гра­ чевскиЙ. В ночь на 5-е июня мы были арестованы. Получился огромный провал большинства лиц, находившихся с нами в деловых сно­ шениях. Причина этих арестов докумен­ тально до сих пор не установлена. Судили нас, 17 человек, в апреле 1883 г. и в июле отправили на Кару. Из тюрьмы некоторых из нас, по процессу 17, освободили в сен­ тябре 1890 г. вследствие того, что мани­ фест 1883 г. был применен к нам через 7 лет, что весьма удивило нас. В вольной команде я пробыла до середины сентября 1892 г. Путешествие с Кары в Читу этапами продолжалось полтора месяца. Поселение мое длилось до февраля 1905 г., когда для ме­ ня кончился срок обязательного пребывания в Сибири. Я покидала Сибирь, когда над Россией уже пылало зарево революции. Сажин, Михаил Петрович *). Родился я 17 октября 1845 г. в Ижевском заводе Вятской губ. Мать моя умерла, когда я был настолько мал, что в моей памяти о ней не осталось решительно ни­ каких следов. После ее смерти осталось нас детей трое: две сестры и я, С нами жила бабушка (мать отца) и две тетки; его сестры, при чем старшая сестра в возрасте 20—21 г. была главой дома. Отец не всегда с нами жил и по роду своих занятий очень часто отлучался и иногда на целые месяцы. Все хозяйство и все заботы о нас лежали на старшей тетке, заменявшей нашу мать. *) Автобиография я Москве. написана в декабре 1925 года Отец ради нас отказался от второго брака, а тетушка от первого. Бабушка была со­ вершенно неграмотна, а тетки умели чи­ тать и писать „с грехом пополам", отец кончил уездное училище, но благодаря своим частым разъездам и столкновениям с разными лицами из чиновников и поме­ щичьего слоя, не уступал им в своем раз­ витии. Жили мы в это время бедновато, конеч­ но без прислуги, обычно ютились в двухтрех комнатах какого-либо провинциально­ го городишки в роде Буя, Солигалича Ко­ стромской губ. и др.—города, в которых мы жили по два—три года. Отец служил по „откупам" и в последние годы их суще­ ствования занимал даже пост управляющего. Питались тоже плоховато: мясо не всегда употребляли, строго исполняли посты, иногда даже по средам и пятницам ограничивались овощами. Вся семья настроена была очень религиозно, и в особенности бабушка, хо­ дившая постоянно в церковь, а также по монастырям верст за двести — триста и обыкновенно бравшая меня с собою, когда я был в возрасте 8—12 лет. Если же с нами жил отец, тогда мы жили гораздо лучше. Кто меня научил читать, не помню, осталось только в памяти, как я вместе со старшей сестрой учился писать и заучивал басню Крылова „Лисица и виноград" у чиновни­ цы-учительницы вместе с ее детьми; мо­ литвы бабушка заставляла заучивать. Отно­ шение к религии было больше формальное: ходили в церковь, исполняли посты и праздники, постились и говели, всегда при­ нимали духовенство — и это все, и я не помню, чтобы кто-нибудь когда-нибудь пы­ тался объяснять нам сущность религии, учение Христа и т. д. Так было дома, так потом было и в институте. Время Крымской войны,т.-е. 1853—1856гг. мы вместе с отцом прожили в Грязовце Вологодской губ., где отец был управляю­ щим „откупом", и мы жили сравнительно хорошо. Здесь я начал учиться у учителя уездного училища (арифметика, закон божий, грамматика). Война производила на меня сильное впечатление, я грезил героя­ ми: Нахимов, Бебутов и пр. не сходили у меня с языка. В то время офени-коробей­ ники разносили разную дешевую лубочную патриотическую литературу и лубочные картинки. Отец все это покупал, а я упи­ вался всем этим добром и еще^ до сих пор помню некоторые стихотворения; в компа­ нии со знакомыми он выписывал„Московские Ведомости". Почта приходила в город два раза в неделю, и в эти дни у отца собира­ лись знакомые и обсуждали военные но­ вости; я всегда присутствовал и узнавал все новости. Отец скупал ветошь и новый крестьянский холст: из первого пригото­ вляли корпию всей семьей, а из холста я