* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

161 Ш р о в а я СКОрбЬ. 162 ши«оя передъ путпнкомъ, проходящимъ среди развилквъ некогда могу­ чих* государств* и цивилизоцш, когда мысль его, сквозь даль вековъ, сооб­ щалась съ М. с. древнихъ, оплакивавшихъ тотъ же неизбежный законъ раз­ рушения. Но съ грустью Байрона сов­ местно боевое, двигательное начало, полное непокорности и вызова. Уже изъ устъ удрученного жизнью Га­ рольда, странника по южнымъ окраинамъ Европы, слышатся горяч1я воззвашя, обращенный къ угнетенным* народам* и вызывающая ихъ отвоевать себе волю. Потрясения и оскорбления, вынесенныя поэтомъ-отщепенцемъ во время разрыва съ отечествомъ, уси­ лят* и его боевой отпор* и гнетущую скорбь. Мрачный полет* фантоаш мо­ жетъ увлечь его до создания „Тьмы", этого видешя последняго дня вселен­ ной, гибели жизни, смерти природы и всемогущаго торжества Мрака. Гложу­ щая тоска и возмущеице человеческой участью могут* довести Манфреда до одиночества, бегства въ природу, до презрительная вызова, брошенного въ лицо самой смерти; въ Каине вопло­ тится пробудившаяся человеческая мысль, обреченная на вечное искание истины, света, правды, свободы и на мучительное сознаше несокрушимости зла,—ио недовольство, протест*, борь­ ба во что бы то ни стало противъ доли людской не смолкают*. Въ последней песне „Чайльдъ - Гарольда" жалоба, обращенная къ матери - земле, полна страстной горечи и отчаян1я, но т у т * же провозглашается непобедимость человеческой мысли. „Оно—последшй, единственный оплотъ человека". Тут* же вырывается горячее заявле­ ние веры въ конечное торжество спра­ ведливости, л проносится видеше сво­ боды, „чье знамя, надорванное, но все еще развевающееся, несется съ бур­ ной СИЛОЙ противъ ветра,—чей труб­ ный звукъ, даже на время замирая, возбуждает* волнеш*е и тревогу, на­ дежду но лучшие дин". Въ основе байроновской М. с. лежитъ, пссмотря ни на что но свете, нечто поло­ жительное, стремление къ намечен­ ной цели; скорбникъ хладеть свою душу за судьбу угнетенных* наро­ довъ, и сомъ гибнет* во имя ихъ сво- боды.—Въ ту же темную пору, въ той же стране, для блага которой велик) й отрицатель и велишй подвижникъ принесъ столько жертвъ, М. с. пошла въ Леопардн, быть можетъ, еще более знаменательная и глубокая вырази­ теля, о т д а в ш а я ей и поэтическш даръ свой и умозрительный силы выдающа­ я с я философа. Если къ двумъ именамъ этим* присоединить находивша­ я с я тогда въ Италш Шопенгауэра, который въ своей, составившей въ философской науке эпоху, книге „Mip*, какъ воля и представление", появив­ шейся въ 1818 я д у , возвелъ песси­ мизм* до аначешя универсальная и етрадашя, несчастш—до роковоя, гне­ т у щ а я закона, обнаружится (какъ отметилъ это и Шопенгауэр*), что въ одно и то же время въ Италш, ко­ торую нередко называли тогда «стра­ ною мертвых*", сопоставлены были судьбою, не зная друг* друга, три важ­ нейших* представителя М. с. Испове­ дание ея, выстраданное Леопардн въ пе­ чальном* жизненномъ опыте, въ мучи­ тельных* нскашяхъ, думахъ, запросахъ, привело его къ теорш в л а с т н а я надъ человечеством* несчаспя (infelicita). къ противоположен!ю вечности и необъятности природы и ничтожности, мимолетности человека, къ ироши надъ его притязаниями и помыслами о счастье и безсмертш, когда его ждут* етрадашя, ужасы б ь т я и смерть,— единственное, что есть верного но с в е т ь , избавительница отъ жизни, окруженная прелестью и лиризмомъ поэта. Болезненный, хилый, не встре­ ч а в ш и сочувствия и понимай in среди людей, въ необъятных* смолоду чтеншхъ удивительнаго эрудита поддав­ шийся вл1яшк> древнихъ и новыхъ мы­ слителей-пессимистов*, онъ все же пережил* перюдъ преклонешя перед* давно минувшим* величаем* антич­ н а я Mipa, находил* даже въ новый времена, наприм., во французской ре­ волюцш, возрожден!© благородие йшихъ людскихъ стремлешй, отдался греаамъ о нащопольномъ возрождении Италии и избавлеши ея отъ тиранит, къ которому стремились въ его оте­ честве революционеры двадцатых* го­ довъ. Но и крушеше освободительная движешя и тяжк1я сумерки, охватив-