* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки
481 Итал1я. 462 на. Да и добродетели теперь ценят ся иныя. Отъ государя-мецената, кормятдаго интеллигенцию, требуется щед рость и велшчодутше (посвящетя и т. п.). Въ человеке ценится больше всего хитрость, изворотливость, на ходчивость (новеллы Боккаччьо). Сто ронники старой релипозной морали (отчасти Фр. Саккетти, Пассаванти, L a вресоЫо della vera penitenza) вы зываюсь насмешку (последователей Савонаролы называли piagnoni). Вме сте съ моралью упраздняются изъ литературы и прежше политические, гражданств идеалы. Литература Ре нессанса, по существу, аполитична или же проникнута верноподданническимъ чувствомъ (придворная поэз1я). Толь ко на закате Ренессанса, когда стра на уже становилась добычей иностранцевъ, снова пробуждаются граждан ств интересы и полит, вопросы (Макшавелли). Место морали и политики заняли въ новой литературе эротика и эстетика. Любовь—главное содержа ще новеллъ, пастушескихъ идилл1й, лирики, д1алоговъ, коыедш и поэмъ (даже въ „Освобожденномъ Герусалиме** Тассо, по замыслу религшзно-героической поэме, центръ тяжести—въ любовныхъ эпнзодахъ). Изъ чувства идеалистическаго любовь преврати лась въ земную страсть, источникъ комическихъ и трагическихъ попожет й (новеллы, поэмы, трагедаи, комедш, пасторали). Ставъ физшлогическимъ инстинктомъ, целью котораго— наслаждеше, любовь незаметно пере шла въ непристойность, и порнографическШ элементъ занялъ огромное место въ новой литературе (новеллы Боккаччьо и др., комедди Бибб1ены, АрДосто, Ласки, Макиавелли). Лите ратура Ренессанса носила не только ярко выраженный эротичесшй, но и не менее подчеркнутый эстетический характеръ. Героемъ времени былъ эстетъ-художникъ, царяшдй надъ при родой (Orfeo Полищано). Поэты пре вращались въ артистовъ-виртуозовъ, усматривавшихъ свое наз начете въ томъ, чтобы любой—все равно какой— сюжетъ довести до высшей степени артистичности (Неистовый Роландъ, ApiocTO), разработать стереотипную тему такъ, чтобы она казалась ориги нальной (петраркистская лирика XVI в.). „Искусство для искусства" стано вится всеобщимъ лозунгомъ. Форма преобладаетъ надъ содержашемъ, а это преобладаше формы приводить къ вычурности и манерности (Rapumeo, Серафино Чиминнелли и др.). Лите ратура Ренессанса изображала жизнь не только, какъ праздникъ любви и красоты, но и какъ забавную комедш. Смехъ, неудержимый и безпредельный, пронизываетъ большинство ея произ ведений. Этоть победный смехъ былъ вызванъ прежде всего сознашемъ пре восходства новой жизни надъ отживавшимъ, невежественнымъ и грубымъ средневековьемъ. Переходъ отъ первобытной грубости къ культуре— такова не даромъ тема некоторыхъ произведен^ Боккаччьо (L'Ameto, Ninfale Fiesol&no). Мужикъ и ремесленникъ, рыцарь и монахъ—эти предста вители средневекового общества ка зались новымъ господствующимъ классамъ и связанной съ ними интеллигендш явлешями комическими. Крестьянннъ фигурируетъ въ новеллахъ Боккаччьо, въ деревенскихъ идилл1яхъ Лоренцо Медичи (Nencia da Вагberino) и Пульни (Веса di Dicomano), въ поэмахъ Фоленго (Baldo, Orlandino) и Берни (Catrina и Mogliazzo), въ де ревенскихъ фарсахъ X V I в. (А. Беолко и др.) неизменно, какъ представи тель низшей расы, какъ лицо, достой ное лишь насмешекъ и издъвательствъ. Такъ точно ремесленникъ (у Боккаччьоиногда еще положительный типъ) в Со болев превращался въ лучшемъ слу чае въ простую декоративную фигуру* (въ карнавальныхъ песняхъ Лоренцо. Медичи др.), обыкновенно же въ фи гуру комическую (Джелли, Capriccio del tiottajo), въ предметь насме шекъ для интеллигента (novella del grasso legnajuolo). Глуповатый великань Моргайте, пьяница-обжора Маргутте (въ поэме Пульчи, Morgante Maggiore)—таковы, по мнешю- новыхъ господствующихъ классовъ, типичесте представители плебса. На ряду съ мужикомъ и ремесленникомъ, объектомъ. иронш и сатиры становился все бо лее и рыцарь (у Боккаччьо часто ещеобраэъ симпатичный). Бели Боярдосмеется надъ нимъ еще чуть слышно, 1G 8