* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки
177 Духовенство. 178 представители Д. все же сохраняли подчиненное положение по отпошешю къ светской власти, но, и оставаясь въ этомъ подчиненномъ положении, они могли оказывать и, действитель но, оказывали немаловажное влияние на политику государства. Съ другой стороны, благодаря великокняжески мъ и царскимъ пожалованнямъ сильно уве личились раамъры аемельныхъ вла дений высшнхъ представителей Д., а непрерывно и повсеместно совершав шийся на протяжении XV—XVII сто летий ростъ власти частныхъ землевлад'Ьльцевъ надъ крестьянами нашелъ себе отражение и въ церковныхъ имднляхъ, давъ возможность сановникамъ церкви существенно поднять доходы съ ихъ земель. Некоторое сокращение испытали только судебный привилегии церковной иерархии, хотя и этотъ процессъ совершался очень медленно и протекалъ не безъ колебаний. Въ на чале X V века грамотою в. кн. Ва силия Дмитриевича митр. Кипрйану (1404 г.) былъ установленъ такой порядокъ: церковные люди, живущие въ вотчинахъ митрополита, свободны отъ княжескаго суда въ делахъ между собою, подчиняясь въ этихъ двлахъ исключительно суду митрополита, но въ делахъ, касающихся княжьяго и митрополичьяго человека, назначается судъ общий—в. князя я митрополита. Тотъ же порядокъ, въ общемъ, былъ подтвержденъ и позднейшими грамо тами, равно какъ великокняжескимъ и царскимъ Судебниками и постановле ниями Стоглаваго собора. Вместе съ темъ, этими же законодательными актами была признана неподсудность Д. светскому суду по всемъ двламъ, кроме уголовныхъ, при чемъ и въ этихъ последнихъ обвиняемый, вплоть до снятия съ него сана, оста вался въ ведвши духовныхъ властей. Подобный же порядокъ продолжался и въ первой половине X V E столетия. Еще въ 1625 г. царскою грамотой патриарху все монастыри, церкви, цер ковные люди и крестьяне патриаршей области по всемъ деламъ между собою, кроме уголовныхъ, были подчинены исключительно суду патриарха, а въ делахъ съ посторонними—суду техъ приказовъ, где ведался ответчикъ. Около того же времени аналогичный грамоты получили и некоторые архи ереи. Однако, въ это время допускались уже и многочисленный отступления отъ такого порядка, такъ какъ въ X V n в. московское правительство стре милось уже ограничить сферу приме нения церковнаго суда и укрепить свою власть надъ Д. Въ 1649 г. въ этихъ видахъ созданъ былъ даже осо бый монастырский приказъ, который долженъ былъ сосредоточить въ себе двло управления церковными имениями и суда надъ ихъ населешемъ. Правда, это сосредоточение не вполне удалось, такъ какъ отдвльнымъ архиереямъ скоро удалось добиться несудимыхъ грамотъ для своихъ епархий, а затемъ, вследствие протеста, заявленнаго про тивъ новаго учреждешя со стороны Д. на церковныхъ соборахъ 1667 и 1675 гг., и самый монастырсиай при казъ былъ упраздненъ. Темъ не менее и после этого уитразднения, въ послед ний десятилетий XVII века, прави тельство продолжало въ ряде отдельпыхъ случаевъ вмешиваться въ цер ковный дела и ограничивать сферу деятельности духовнаго суда, темъ самымъ пролагоя путь для общей ре формы въ этой стороне жизни Д. Черное Д., значительно разросшееся въ своемъ числе уже въ удельное время, когда наряду со старыми обще жительными монастырями получили широкое распространение монастыри, построенные по индивидуалистиче скому типу, въ московскую эпоху еще более размножилось. Вместе съ темъ значительно выросли и монастырские богатства. Сосредоточивъ въ своихъ рукахъ, благодаря княжескимъ пожало ваниями и подаркамъ и завещания мъ частныхъ лицъ, значительный денеж ный средства и большия земельный владения и располагая къ тому » е серьезными податными привилегиями, монастыри въ громадномъбольшинстве случаевъ энергично вели хозяйство на своихъ земляхъ, выступая въ этомъ отношении опасными соперниками для частныхъ землевладвльцевъ, какими являлись служилые люди. Отчасти это последнее обстоятельство, отчасти же этическйя соображения, выдвигавшиеся противъ монастырскаго землевладения,