* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

ЭНЦИКЛОПЕДИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ БИОГРАФИЙ осуществления своей деятельности. Соответственно государство определяет и объем этих прав, устанавливает границы свободы деятельности индивида с учетом существующих экономических условий. А. Л. Малицкий обращал внимание на то, что советское государство не может воплощать в действующем праве такой ведущий принцип буржуазного законодательства, согласно которому все, что прямо не запрещено, считается разрешенным. В условиях буржуазного общества личность может делать все, что прямым образом не вредит другим лицам, поскольку для буржуазии личность является самоцелью. В советском же государстве действует прямо противоположный принцип — то, что не разрешено, то и не дозволено. Мера свободы личности в условиях советского строя определяется великой социальной целью — всемерным развитием производительных сил общества. Трудящиеся массы взяли власть в свои руки и первой своей задачей поставили создание планомерного хозяйства. В этих условиях отдельная личность уже не может развивать свою хозяйственную деятельность так, как ей хочется. Воля отдельной личности, как участника общественного производства, подчинена воле класса, который строит новый экономический и государственный строй. Коль скоро воля класса выражена в законе, то каждый действующий индивид должен подчинять свою волю закону с учетом общего духа советского законодательства, определяемого политикой советской власти, ориентированной на установление новых социальных отношений. В законе, уверен А. Л. Малицкий, выражается весь дух политической и хозяйственной деятельности всего господствующего класса. Несмотря на логическую последовательность и в определенной мере обоснованность взглядов А. Л. Малицкого на природу и сущность советского права, следует заметить, что они в большей мере были позитивистскими, нежели марксистскими. Конечно, К. Маркс и Ф. Энгельс не оставили развернутой дефиниции права, но это отнюдь не дает никаких оснований приписывать им позитивистское правопонимание, которое они, будучи последовательными материалистами, безусловно и без каких-либо колебаний отвергали. Выведение А. Л. Малицким, как и другими советскими правоведами, на передний план классового характера права, способности государства определять меру свободы и наделять личность субъективными правами в известной мере лишало советское право объективных критериев. Создавалась иллюзия все- дозволенности советского государства в правовом регулировании общественных отношений, его правомочности по собственному усмотрению устанавливать, равно как и лишать граждан любой совокупности их прав и обязанностей. Несостоятельность сведения права к закону весьма ярко проявилась в попытке А. Л. Малицкого основать правомерность трактовки советского государства как правового. Он был одним из первых, если не первым советским автором, поставившим в такую плоскость вопрос о сущности государства диктатуры пролетариата и обогнавшим практику государственного строительства более чем на полвека. От сформулированной им идеи о советском правовом государстве до ее воплощения на ХIХ партийной конференции КПСС прошло более 60 лет. Однако идею правового государства А. Л. Малицкий обосновывал весьма оригинально, поскольку никакого права, кроме закрепленного в законе, он не признавал. А. Л. Малицкий считал, что доктрина правового государства связывает парламент страны, действующее законодательство правом, общими правовыми началами, исходящими из каких-либо отвлеченных положений. Этому требованию, уверял он, в полной мере отвечает советское государство, поскольку все его органы связаны законами, исходящими от соответствующих органов, на то конституцией уполномоченных. Следовательно, советское государство живет в условиях правового режима и потому является в этом значении слова государством правовым. Правда, А. Л. Малицкий сразу же уточнял, что подобная характеристика советского государства не является распространенной, тем не менее она имеет право на существование. Правомерность признания советского государства правовым А. Л. Малицкий обосновывал наличием у него начал и режима законности. Если взять деятельность советских государственных органов в области законодательства, писал он, то весь путь прохождения, принятия и опубликования законов осуществляется в порядке, предусмотренном законами, и, следовательно, является деятельностью подзаконной. Все исполнительные органы также действуют в рамках законов. Кроме того, есть прокуратура, на которую возложено осуществление надзора за законностью, в том числе в деятельности органов исполнительной власти. Таким образом, наш государственный режим не является режимом анархии, «но есть режим, основанный на законе, проводящий начала законности и, следовательно, режим правовой». М 489