* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

б (39–107) б «Русской Правды» вплоть до Судебников наибольший акцент делается на систему денежных выплат и продаж. Система личной и публичной уголовной ответственности в русском праве была закреплена только в Судебниках. А. М. Богдановский был уверен в том, что первоначально в русском праве единственным видом уголовной ответственности преступника перед потерпевшим были денежные выплаты за обиду. «Русская Правда» лишь закрепляет этот порядок и устанавливает величину вознаграждения за соответствующее преступление. Князь же получал только известную долю из частного вознаграждения за помощь, которую он или его бояре оказывали истцу при взимании вознаграждения с ответчика или с общины, которой он принадлежал. Впоследствии за ряд преступных деяний князь получал в свою пользу продажу (штраф) как наказание за нарушение общего мира и покоя. Зародыш системы публичного наказания проявляется в применении такой меры, как поток и разграбление, осуществляемой по произволу князя. В этих условиях казни, совершаемые князьями над своими врагами, не вписывались в систему уголовного правосудия и представляли собой, по мнению А. М. Богдановского, вид княжеской мести. Аналогичным образом действовали и общины в отношении лиц, посягающих на их интересы и установленный порядок. Судебники характеризуют переходное состояние от произвольной расправы князя с преступником к точному определению законом деяний, подлежащих наказанию в общем интересе. Государственный произвол, однако, сохраняется в применении уголовной ответственности за государственные преступления. Помимо профессорской и научной деятельности А. М Богдановский занимался публицистикой. В 50-х годах он редактировал «Одесский Вестник», издавал «Новороссийский литературный сборник», был председателем местного педагогического общества, членом Одесской городской управы, почетным мировым судьей. В. М. Сырых богиШич (BOGISIC) балтасар власьевич (7 декабря 1834 — 24 апреля 1908) — доктор философии и истории (1862), доктор права (1864), почетный доктор государственного права (1869), действительный член Загребской АН, член-корреспондент Академии моральных и политических наук (Франция), почетный член Болгарской АН — исследователь проблем правовой науки. Родился в г. Цавтат, близ Дубровника, обл. Далмация, Австрия. В 1856 г. окончил Лицей Св. Екатерины в Венеции, в 1862 г. — исторический факультет Гессенского университета, в 1864 г. — юридический факультет Венского университета. 82 В 1863–1869 — шульрат Сербско-Банатской военной границы, член Училищного совета, библиотекарь Придворной библиотеки (г. Вена). В 1869–1890 — ординарный профессор кафедры истории славянского законодательства Новороссийского университета (г. Одесса). Разработал «Общий имущественный законник для Черногорского княжества» (1888). В 1893– 1899 — Министр юстиции Черногории. Основные труды по обычному праву славян, в том числе: «Pisani zakoni na slovenskom jugu» (1872), «Apercu de traveaux sur le droit coutumier en Russie» (1878), «Quelques mots sur les principes et la methode suivis dans la codification du droit civil au Montenegro» (1888), «О технических терминах в законодательстве» (Одесса, 1890). В. Богишич полагал, что при определении терминов необходимо «крепко держаться живого народного языка, а когда является необходимость удалиться от него, то крепко держаться духа его». Он подверг исследованию три группы терминов: – термины, существующие в живом народном языке; – термины заимствованные; – термины, более или менее самостоятельно составленные. Далеко не все термины, встречающиеся в данном живом народном языке, известны повсюду, где этот язык в употреблении. Но тот, который известен повсюду, есть самый лучший термин: ничего не остается, как просто принять его. Однако есть земли, в котором и слово, считающееся достоянием целого народа, говорящего данным языком, хотя вообще имеет одинаковое значение, но с некоторыми более или менее значительными оттенками. Надо поэтому усилить эти слова какимлибо другим словом, если им хотят придать полное понятие, которое вообще им присуще. Известно, что существуют случаи, где в одном только крае имеется какое-нибудь слово, а в других его вовсе нет. Такой термин должен быть принят, если закон назначен для этого края, регулирующего и это отношение. Но нужно позаботиться о том, чтобы слово это было объяснено так, чтобы оно было понятно и для других соплеменников вне данной страны. Часто встречаются случаи, где одна и та же вещь, отношение и вообще понятие имеет в разных местностях, в области одного и того же языка, разные названия. На первый взгляд, самым целесообразным является принять то слово, которое общеизвестно в земле, для которой закон издается. Затем один из главных синонимов этого слова, употребляемых в других странах, можно поставить возле принятого там, где оно впервые встречается, или же там, где принятое слово объясняется: это другое слово можно соединить союзом «или» с принятым, или же поставить его в скобках. Это правило имеет свои исключения. В случае, когда, например,