* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

1 Император* АЛЕКСАНДРЪ I, 1777—1825, любимый внукъ Екатерины II, ученпкъ Лагарпа, вступил* на престол* Всероссійскій 12 Марта 1801 г., 24-хъ літ*, прн радостных* надеждах* всего населенія послі пятилітняго гнета царствованія Павла. Первые четыре года прошли въ живой раб ort переустройства всіх* высших* учреждспій, при діятельном* участіи такихъ людей, как* Кочубей, Строгановъ, Чарторьіжскій, Новоснльцовъ, Мордвпновъ, Сперанскій и другіе. Казалось, настала новая эра великих* реФормъ и мирпаго развитія обширнаго государства. Но надежды эти не внолні оправдались. Война съ Паполеопомъ поглотнла все внпманіе Александра; борьба съ ним* и діла вніпшей политики стали па первую очередь. Так* прошло время съ 1805 по 1815 г. Наконец*, третій періодь плп послідпсе дссятплітіе было полпо колебаній. разочарованій и стремленія вернуться къ реакцій под* вліяніемь Аракчеева на почві неопреділениаго мистицизма. Неожиданная смерть въ їаганрогі, 19 Ноября 1825 г., закончила четверть-віковос царствование, столь обильное собьітіями, результаты которых* стали ощущаться только впослідствіїї. Личность Александра I еще далехсо не уяснена, и черты его сложнаго характера составляют* задачу изученія историков*. Иліія всі качества, чтобы привлечь людей и массы. Александръ I обворожалъ быстро, но и разочарованія слідовалп столь же скоро: какое-то недовіріе ко всімь проявлялось на каждом* шагу; дружбой съ одним* лицом* онъ пользовался для повірки других*, казалось, столь же къ нему прнбдпжен-ныхъ. Стоить только сопоставить такихъ личностей, какъ Арахчеевъ и Сперанскій, Чарторьіжскій ? П. П. Долгорукій, князь ?. ?. Годицынъ и Л.рмФельдтъ, князь П. М. Волхонскій и Паулуччи, чтобы удивляться, какъ могли такіе противоположные элементы работать на общую пользу. Словом*, нрп лучшихъ стремленіяхь своего сердца Александръ всю жпзнь былъ въ открытой борьбі съ своимъ умомъ, проявлял, при большомъ салолюбіїї, полнійшее недовіріе къ самому же себі. Его натура, богато одарепиал, не могла, однако, примирить таких* разнородных* до противоположности явленій, какъ, съ одной стороны, традицій віка Екатерины II на Руси и, съ другой—идеи, порожденный великой революціен и засівшія ему въ голову, благодаря урокамъ Лагарпа. Въ результаті явплся тотъ характер*, который, хотя и ярко блестЬлъ, но подъ завісоп какой-то непроницаемой мглы. (Съ портрета работы Моинье 1806 г., изъ Строгановскихъ коллекцінЛ