* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

тми нх. 759 После этого не удивительно, что крестьяне Рюмина жили хорошо; лншде между ними были редкость. Въ Туме и около ноя Рю-MHHCKie крестьяне были самыми зажиточными, Не забывалъ онъ, какъ выражались духовные, и церквей Бозмихъ. Въ Рязани онъ пыстроилъ второй этажъ соборной колокольни и нередВлалъ теплый соборъ, Затемъ священники, въ приходе которых* находились Ркш идете крестьяне, смело могли идти къ барину ихъ; почти не было иретмеря, чтобы, по объяснении церковныхъ нуждъ, онъ отказалъ въ пособш просима го, но большею частью всегда давалъ порядочную сумму. Мой батюшка при постройке каменной церкви и въ разныхъ другихъ случаяхъ являлся къ нему пе одинъ разъ; нокойникъ говорилъ, что былъ принимаемъ самымъ вежлишмъ образомъ; случалось даже, что онъ занимался съ однимъ батюшкою и, выслушавъ его нужды, просилъ насидеть, напиться чаю и разговаривал ? съ нимъ но часу, по два, оставляя даже своихъ гостей. Два раза батюшка имелъ случай видеть его казначейство. Одинъ изъ этихъ случаев!, овъ такъ описывалъ. Вислушавъ разсказъ о яуждахъ ТумскоЙ церкви, Рюминъ нозвалъ свою ключницу и спросилъ моего батюшку: „Пойдетъ-ди отецъ протопоп* въ мою кладовую?" Она была устроена у него на одномъ изъ уг· ловъ его дома, безъ о конь. Сначала была, кажется, деревянная красная дверь, потомъ следовала железная еъ несколькими замками. Когда обе двери были створепы, батюшка, сошедши за ключницею и ¦ Рюмн-нымъ въ кладовую, у ни делъ большой железный сундувъ, прикованный цепямв со всехъ сторонъ. Сначала Рюминь попробовалъ висяча замки, потомъ велелъ ключнице отпереть супдукъ, и когда крышка открылась при помощи какого-то механизма, онъ быстро осмотрйлъ внутренность сундука, где батюшка памйтилъ кучи ассигиг&щй и мешки монеты, — Стари къ сказалъ ключнице: „Возьми яонъ въ томъ углу тысячу рублей". Взявь ее въ руки, опъ велелъ запереть супдукъ, попробовалъ каждый замокъ после того, какъ его заперла ключница; то жо самое сделалъ съ замками дверными, При-шедши въ одну изъ комнатъ, опъ ключнице велелъ положить связку ключей въ тотъ ящикъ комода, откуда она ихъ прежде вынула, и ключъ отъ пего уже положилъ къ себе въ карманъ. Отдавши батюшке деньги и попросивши йелременно серес читать ихъ, онъ сказалъ: „Я, батюшка, въ комоде мало дерясу деяегъ, а въ кладовую самъ всегда хожу за ними,—это надежнее".. Настоящвмъ, вггрочемъ, бла годе тел емъ Рю-миггъ былъ для Рязанской аристократии, какъ поыещачьей, такъ и чиновничьей: длл купцовъ, кажется, оаъ былъ не очень до-сгупенъ, по крайней мере, они у него едва-ли бывали гостями; какъ-то объ этомъ мало тогда говорили. За то имешше свободный входъ въ домъ Рюмина чиновники и помещики находили тамъ всегда щедрое угощеше. Кажется, особепныхъ пр1емныхъ дней не было; едва ли не каждый день двери были отворены для желающахъ воспользоваться гостепршиствомъ хозяина. Надобно полагать, что иногда у старика бывали гости даже и среди дня; такъ, по край-пей мере, разеказшалъ мой батюшка. Однажды, прпжедши къ Рюмину до обеда, опъ былъ припятъ имъ въ одной изъ залъ и слшпалъ, что въ соседней комнате происходила карточная игра...» „Нои дрочимъзкителямъРязани Рюминъ достявлядъ разныя удовольств1я. Несколько летъ онъ содержалъ на свой счетъ въ Рязани театръ, который, но тогдашнимъ слу-хамъ, приносишь ему до 10.000 руб. чнетаго убытка. Я самъ никогда не бы палъ при представлетяхъ на этомъ театре, но слы-халъ, съ вакииъ посхищешемъ разсказы-вали богословы и философы о томъ, что они тамъ видели и слышали. Особенно хвалили какую-то оперу подъ назвашенъ „Русалка". Потомъ всёмъ городскимъ жителями—разумеется, порядочно од'Ьтымъ,— открыть былъ во все лет лее время ьходъ на загородную дачу Рюмина- Она находится близъ самаго города я даже до сяхъ поръ служитъ чуть пе единственнъшъ место мт», где можно подышать свежимъ по-девьдоъ воздухомъ, имея возможность прикрываться подъ тенью деревьевъ н прогуливаться по хорошо утрамбованнымъ до-рожкамъ. При старике Рюмине ода содержалась гораздо лучше, нежели ггри сыне к впуке его; тогда небольшая дерепеиька крепостныхъ крестьян* только и имела обязанность содержать рощу въ чистоте. Ежегодно на этой даче Рюмишь въ каше-то семейные праздника устраивалъ очепь порядочные фейерверки, которые отличались особенными великолешемъ, когда онъ выдавать двухъ своихъ дочерей, одну, между