* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

760 РЮМИНЪ. прочимъ, за генерала Павленко, бывшаго j лежалъ въ одной изъ залъ своего огром-посл-ь началькйеомъ Рязанскаго ополчешя ; ааго дома, на возвышеиномъ катафалке, въ въ Крымскую войну... я Разбогатевши, вероятно, онъ въ былыя времена не захогЬлъ довольствоваться на-шшъ зеленымъ виномъ, несмотря на то, что оно ему доставило и богатство, и по-четъ, и даже маленькую знатность; должно думать, принялся за шампанское и друпя вина западпаго происхожденш, за что Ба-хусомъ и былъ наказанъ, наживъ болезнь богачей, За долго еще до моего переселе-Н1я въ Рязань я слыхалъ, что Рюминъ весь опухъ, что ноги и руки его въ лзвахъ, что его каждый день обкладываютъ пластырями, что ггальцы его на рукахъ толсты отъ опухоли и пластырей и всегда при людяхъ покрыты перчатками. Такъ описывала народнзд молва подагру и хирагру, которыми Рязансюй Лукулдъ страдалъ, кажется, не одинъ десятокъ л^тъ. То же самое молва гласила, что овъ будто бы лечился не одними пластырями и лодра-жалъ царю Давиду. Въ какой степени справедливо это, — сказать я не могу. Но о великолепно мъ гробе, покрыто мъ богатейшею парчею, обставленному подсвечниками съ толстейшими свечами. Высшая Рязанская публика приглашалась на двукратно совершавшаяся панихиды при гробе въ каждый день; духовенство соборяе п-Ьжо „со святыми упокой" и „вечную память". Прочей средней н низшей публике дозволено было почтить память покойника своими поклонами во время пйбихидъ. Двери дома были отворены для всякаго желавшаго войти въ нихъ; нужно было только при входе вытирать ноги, Гробъ былъ ? оставленъ где-то далеко отъ передней, нужно было проходить по длинному ряду комнатъ, где лакеи разставлены были въ приличноиъ траурномъ одеянш; доходили до катафалка и до гроба; тутъ дозволялось не надолго остановиться, поклониться покойнику и отправляться дал^е,—но по другвмъ вомпа-тамъ; такъ что посетители имели возможность любоваться чуть не всеми комнатами втораго ятажа дворца покойна го, Самое же влгяши подагры и хирагры на стардго Се- перенесенie т'Ьла изъ дома лъ Троицк^ ладона ? самъ имелъ возможность судить, ? монастырь и отп^ватс тамъ происходило когда онъ прг&зжалъ къ ваыъ на такъ на- i не очень торжественно. Разумеется, дроги, зываеаше публичные экзамены. Несмотря на то, что онъ даже свое имя поднаем 1 балдах инъ, траурным лошади и кучера, факелы и елоаыя хгЬтви, — все это было, какъ следовало. Хотя apxiepeft, эвимшй въ то время въ Петербурге, не могъ быть прп погребен!и, но все-таки духовенства подъ предстательствомъ нашего ректора было валъ очень дурно и пе ум$лъ хорошо читать, а читадъ одни векселя, контракты и т. п., его съ особенною заботливостью приглашали въ Семинарию на экзамены, чтобы онъ оденилъ евоинъ откупщичьимъ взгля- j вдоволь; певчее со всеуеерД1емъ пели „Свя-домъ наши ученыя зашшя и свонмъ высо- ! тый Боже". За гробомъ, въ приличномъ еймъ ьпимйн^емъ поощроъ насъ въ даль-1 трауре, шли четыре сына покойнаго, безъ нййшему продолжению ихъ. Какая, бывала тревога поднимается при его проезде!... И удивительное дело! Верно среда тшйетъ волшебное действ1е. Этотъ бывшей прода-вецъ аладьевъ ? блин овъ, подносчикъ и откусщикъ предлагалъ тоже вопросы, которые выслушивались и решались съ до-стодолжнымъ внимашемъ къ его если не уму, то карману. Вотъ тутъ-то бывало мы и смотрели во все глаза. „Но и Рязанская медицина со своими пластырями и Давидовскш компрессы не могли спасти Лукулла Рязанскаго отъ костлявой старухи съ ея косою. Рюминъ скончался, какъ л уже гоаорилъ, въ 1827 г. Его наследники—д&га озаботились доставить при ьтомъ случае Рязански мъ жителямъ не со-вс^мъ обыкновенный спектакль. Покойникъ фуражекъ, несмотря на холодное время и трехъ-верстное разстояше между домомъ н монасгыремъ. Но охотник овъ провожать нашлось не очень много; по уяицамъ стояло вездё порядочное количество зйвающихт., но они не присоединялись къ печальной церемонш, пъ которой за гробомъ ?? л о едва-ли 200 человекъ. „Такъ какъ Ректоръ и Инспектора были въ церемонии, то некоторые изъ насъ, въ числе ихъ и я, нашли возможность уйти изъ Семинарш и присоединиться къ погребальному шествш. Къ ivroMy насъ побу-дилъ слухъ о томъ, что Ректоръ станетъ говорить проповедь. И слушали ыы ее... Самая низкая лесть относительно покойника, пересолен ныя, такъ сказать, нохпалы его добродетелямъ, множество цлршшо-