* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

АЛЕКСЪИ ПЕТРОВ И ЧЪ. 39 вича Алексея при людяхъ „поносными словами" ,—разсказывалъ впоследствии самъ царевичъ. Строгость от ноше hi fi проглядываеть и въ переданной Гюиссееомъ р'?чи Петра къ Алексею въ Нарве. „Я взллъ тебя въ по-ходъ,—говорилъ Петръ сыну поел h взятия Нарвы, — чтобы показать тебе, что не боюсь ни труда, ни опасностей. Я сегодня или завтра могу умереть, но знай, что мало радости получишь, если не будешь следовать моему примеру... Если советы мои разнесетъ в^геръ, и ты ne захочешь дгЬлать того, что я желаю, то я ве признаю тебя своимъ сыномъ: я буду молить Бога, чтобы Онъ наказалъ тебя въ этой и будущей жизни". Такъ рано предвидеть Петръ, если верить разсказу Гюссейна, возможность столкновения съ сыномъ. Высказанная Солоаьевымъ мысль, что Петръ ни въ комъ изъ окружающихъ ке подозрЬвалъ вред наго для сипа в.ия-шя и боялся лишь связи съ Суздалеыъ и вл1яшя матери, какъ бы подтверждается отчасти тЁмъ обстоятельсгвомъ, что онъ, лишь только узналъ отъ сестры своей, Натальи Алексеевны, о пос^щети дареви-чемъ матери въ конце J706 (или началt 1707) года, тотчасъ же вызвалъ Алексея къ себе въ Польшу (въ местечко Жолкву) и, „выразивъ ему свой гн^въ", сд^лаль первую серьезную попытку привлечь царевича къ государственной деятельности. Съ этого момента начинается новый перходъ въ жизни Алексея Петровича. Прямо изъ Жолквы царевичъ отправился въ Смоленскъ съ разными норучетями, касавшимися поставки и осмотра рекрутъ и сбора провианта, а въ октябр'Ь 1707 г. возвратился въ Москву, гдЬ ему предназначена была роль правителя: въ виду предполагавшегося нападения Карла XII на Москву, Алексею норучеяъ былъ пад-зоръ надъ работами но укр-Ьшшию города. По отзывамъ вс'Ьхъ, царевичъ въ это время пролвилъ довольно оживленную деятельность (это отмечали и иностранцы, бывппе тогда въ Москве). Черезъ него передавались приказашя царя, онъ самъ принныалъ стропя меры, какъ, напр., для сбора крйпостиыхъ офицеровъ и недорослей, наблюдадъ за ходомъ кр^постпыхъ работъ; нодъ его наблюдешемъ находились щепные шведы, овъ пересылалъ Петру извЪепя о воееныхъ дййств1яхъ противъ Булавина и т. п. Въ августе 1708 г. да- ревичъ 'Ьздилъ въ Вязьму для осмотра магазиновъ, въ начала 1709 г. вовелъ въ Малороссш пять собранныхъ и устроенных* имъ же полковъ, которые и ? редera-вил ь царю въ Сумахъ; Петръ остался, до-видимому, доволенъ. Но, говорить Костомарову „это были такого рода дЪла, где и нельзя видеть: онъ ли самъ дййство-валъ, или друпе за него". По дорогfc въ Сумы Алексей простудился и заболЬлъ такъ, что Петръ некоторое время не решался выехать; только 30-го января онъ отправился въ Воронежъ, оставивъ при сыне своего доктора Донеля. Въ февралЪ, оправившись отъ болезни, царевичъ иоЬхалъ но указу отца въ Богодуховъи 16-го дояоеилъ о npiesit рекрутъ; всд-Ьдъ затЪмъ онъ ???-Ьхалъ къ отцу въ Воронежъ, гд1> присутствовала при спуске кораблей „Ласка" и „Оредъа, азатЬгь, въ апреле месяце, вместе съ Натальей АлексЬевиой, провожалъ отца до Таврова и отсюда на Страстной не-дЬл-Ь возвратился въ Москву. Исполняя воз-ложенвыя на него норучешя, царевичъ постоянно сообщалъ о ходе н результатахъ своей деятельности. На основан! и, между прочимъ, этихъ писемъ Погодинъ заключаете, что царевичъ былъ „не только не глупъ, но даже умеиъ, съ приагЬчателыпшъ раз-суд комъ". Одновременно съ государственными занятии царевичъ продолжалъ свое образование. Онъ изучалъ немецкую грамматику, истор1Ю, чертнлъ атласъ, а въ октябре 1708 г., по прг!зд'Ь Гюйссена, занялся французскимъ языкоиъ. По воз-вращенш въ 1709 г. въ Москву, царевичъ извйщалъ Петра, что яачалъ учиться фортификация у прйзжаго инженера, кото-раго отыскалъ для него Гюйссенъ. Петръ, какъ видно, интересовался занялями сына. Проведя Л'Ьто 1709 г. въ Москве, царевичъ осенью отправился въ Клевъ и долженъбылъ зат'Ьмъ оставаться при той части арши, которая предназначалась для д-Ьйствщ противъ Станислава Лещинскаго. Въ октябре 1709 г. последовало приказаше отца ехать въ Дрезденъ. „Между гЬмъ нриказываемъ вамъ,— писалъ Петръ,—чтобы вы, будучи тамъ, честно жили и прилежали больше ученда, а именно языкамъ (которые уже учишь, нймещий и французскШ), геометрию и фартификащю, также отчасти и по-литичсскихъ дЪлъ". Спутниками а собеседниками царевича избраны были: князь Юр1й Юрьевичъ Трубецкой и одинъ изъ