* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

169 ЛИТЕРАТУРА СИБИРСКАЯ 170 ности борьбой за хлебную и соляную монополию, за право винокурения и т. п. Эта борьба, приобрет¬ шая в начале X I X в. необычайно острый характер, определяет собою характер общественной ж и з н и и возникающего литературного движения. В проти¬ вовес Тобольску и городам Зап. Сиб. первенствую¬ щее значение приобретает местная тема, и интел¬ лигенция группируется у ж е не вокруг пришлого дворянского чиновничества, но вокруг местной круп¬ ной буржуазии. Более органический характер име¬ ло литературное движение в Иркутске, где оно с первых ж е шагов оказалось тесно связанным с об¬ щим ходом общественной жизни. В условиях борь¬ бы местной крупной буржуазии с администрацией создалась большая рукописная лит-pa, преимуще¬ ственно сатирическая, дошедшая до нас только в очень слабой степени. В столичных и провинци¬ альных (казанских) ж у р н а л а х выступает ряд представителей местной интеллигенции со ста¬ тьями краеведческого характе¬ ра (Словцов, Калашников, С. и Н. С. Щукины, А. Лосев, Поликсентьев и др. — все это по б. ч. учителя местной гимназии, Ло¬ сев — иркутский землемер). Иногда краеведческие описания приобретают лирический харак¬ тер и отличаются высоким пат¬ риотическим (сибирским) под&емом и пафосом. Характерным примером является книга «Но¬ вейшие и достоверные сведения о Сибири...» (1817), официаль¬ ным автором которой был ир¬ кутский вице-губернатор Семивский, фактическим ж е — А . Л о с е в . Поздним п а м я т н и к о м этого краеведческого пафоса, осложненного литературными влияниями, идущими из центра, Н . А. является иркутский ученичес¬ кий сборник («Прозаические сочинения учеников иркутской гимназии» под ред. И. Поликсентьева, 1836). Совершенно ясна классовая база этого силь¬ ного потока краеведческих писаний. За их агит.пропагандистским характером, за упорным проти¬ вопоставлением Сибири Европ. России, за их лири¬ кой и пафосом скрывается позиция «местных хозя¬ ев», стремящихся к безраздельному господству над краевыми богатствами. Эта позиция приобретала тем большее знач., что сиб. торг. капиталу, справив¬ шемуся с экономической конкуренцией бюрокра¬ тии, приходилось вести более серьезную борьбу с наступающим на Сиб. московским капиталом (по¬ чему особо острое знач. в лит-ре получает про¬ блема «Кяхтинского торга»). Отчетливее всего эти позиции сиб. крупной торг. буржуазии выражены Александровым, заезжим литератором, оставшимся на всю жизнь в Сибири и принадлежавшим к круж¬ ку иркут. культурного купечества (Баснин, Дудоровский), апологию которого он дал в своем «Воз¬ душном тарантасе» (написано в 1827, но опублико¬ вано в 1875 в «Сб. Стат. сведений о Сибири и о сопредельных ей странах»). В 30-х гг. он пытал¬ ся организовать в И р к у т с к е издание периодичес¬ кого органа. В написанном им предисловии к про¬ грамме изд. он развивал мысли о необходимости иметь собственную лит-ру о Сиб., чтобы своим «соб¬ ственным языком» развить свой жизненный ум- ственный элемент». Но для создания такой лит-ры на месте в самой Сиб. еще не было достаточных предпосылок. Сиб. общественность не занимала такого места, чтобы иметь возможность влияния, выступая на страницах только местной печати. Было необходимо дать показ Сиб., противопоставив ее, как часть, имеющую право на самостоятельное разви¬ тие и существование, а не только, как привесок рос¬ сийского адм. аппарата и об&ект колониальной эксплоатации. Поэтому сиб. писатели со своими сиб. темами входят в общее русло рус. лит-ры и тем самым в общий процесс становления буржуазной культуры; в рус. литературе вслед за сиб. краеве¬ дами и публицистами появляется, наконец, ряд пи¬ сателей-иркутян: Полевой (см.) и его сестра Авде­ ева (см.), Калашников (см.), Щукин (см.) и др. Это выступление Сиб. в лит-ре было подготовлено и общим ходом развития после¬ дней. Как раз в это время в рус. лит-ре происходит реши¬ тельное наступление буржуаз¬ ных элементов. Иркутяне бр. Полевые, получившие духов¬ ную закваску в атмосфере иркут. классовых боев, создают ж у р н а л « М о с к о в с к и й Теле¬ граф», который в течение по¬ чти десятилетия был передо¬ вым органом русской обще¬ ственной мысли, являясь вы¬ разителем начинающей осоз¬ навать себя как класс моло¬ дой русской буржуазии. Кра¬ еведческие моменты являют¬ ся и в данном случае одним из орудий борьбы стремящей¬ ся к господству в литературе новой социальной группы. «Эк¬ зотический дворянский роман¬ тизм уступает место подлин¬ ному интересу к быту страны, Полевой усиливается изучение народ¬ ных преданий, песен и т. п. видов фольклора, но у ж е не в плане дворянской романтической фольк¬ лористики, но как изучение одного из существен¬ нейших моментов ж и з н и — хозяйства страны. Со¬ ответственно этому получают господство новые жанры: место романтической поэмы, создававшей¬ ся переходным поколением, терявшего свою экон. силу, дворянства, занимает роман с одной стороны исторический, всегда представляющий богатые воз¬ можности для классового осмысления современно¬ сти на фоне прошлого, с другой — роман этногра¬ фический (часто в его первичной приключенчес¬ кой (авантюрной) форме); образец последнего дал Некрасов в своем романе: «Три страны света», дей¬ ствие в к-ром частично происходит в Сибири. Первое выступление и р к у т я н в художествен¬ ной лит-ре с в я з а н о т а к ж е с именем Н и к о л а я По¬ левого, напечатавшего в 1830 повесть «Сохатый», заимствованную, по указанию автора, из сиб. пре¬ даний о разбойнике Сохатом. Но ее «сиб. харак¬ тер» не в сюжете и не в действующих лицах. На¬ оборот, быт, данный в повести, весьма далек от тех взаимоотношений, которые существовали в подлин¬ ной сиб. действительности, само ж е описание шай¬ ки разбойников кажется выхваченным из анало¬ гичной немецкой литературы. Но значение повес¬ ти было не в этом. Значителен был прежде всего у ж е самый факт обращения к подлинному народ-