* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

КРЕСТЬЯНСКАЯ ЛИТ-РА [5591-360] К Р Е С Т Ь Я Н С К А Я ЛИТ-РА о гранит™ вал ось гл. о б р . воспеванием безмя­ тежной жизни крестьян, их веселого трудо­ любия («Труд для них веселье*) и преданно­ сти богу, ц а р ю , отечеству. П о мнению Слепушкина крестьяне жили «веселясь, в со­ седстве с господами», т. к. «Весною на варе встает и добрый их боярин. Идет смотреть поля крестьян, к а к всех семей хозяин» («Пашня»). Крестьянин Слепушкин, в полной противоположности с крестьянин ом-авто­ ром стихотворения «Плач холопов»,—благо­ душествующий , радостпо восхищающийся жизнью и своим положением «эемледело.». В полном соответствии с о Слепушкиным пел н Алипанов (см.). Преданно-патриотические военные песий («Военные песни»), востор­ женные оды ц а р ю и отечеству, воспевание описании взаимоотношений крестьян с п о ­ мещиком. «Приятно, весело трудиться,/Ле­ тит ва труд награда нам;;О попечителе мо­ литься/Всегда должны мы к небесам» ( « Ч у в ­ ства крестьян—доброму помещику»). Сквовь бее мятежи ость и благодушное довольство поэтических опытов Слепушкина и Алипа­ нова иногда прорываются и ноты сострада­ ния к «горемычным беднякам» ( А л и п а ­ н о в , Сказка о мельнике-колдуне, о кропот­ ливой старухе и о жидках-батраках, С П Б . , 1863). Н о эти прорывы редки и незначи­ тельны и никогда не переходят з а грань гос­ подствующей морали. Слеп ушки ну и Алнпанову созвучен М. Суханов, — наиболее я р ­ кий, острый и передовой в плеяде выходцев нэ крестьян первой половины X I X в., подчи­ ненных господствующей идеологии; в своих баснях он едко бичует богачей (скупость, своенравие и т. д.) и чнновно-бюрократнческнй мир. Н о вто бичевание никогда не перехлестывает р а м о к служения привилеги­ рованному классу. Бичевание С у х а н о в а — внутриклассовая самокритика, бичеван не злоупотреблений в р а м к а х существующих норм, а не восстание против господствующих установлений. Утверждение патриархаль­ ного морально-бытового уклада, славосло­ вие преданности ц а р ю остается определяю­ щей ливней его творчества. Если выходцы не крестьян, плеиенвые го­ сподствующей идеологией, становились вы­ разителями правящего класса, то все ж е они, а а исключением одиночек вроде Л о м о н о с о в а и Кострова, не поднимались до формальных высот поэзии кровных представителей пра­ вящего класса и по большей части лишь рабски подражали им. «Мужичок Алипанов решительно пошел в сочинители,—писал в свое время рецензент „Отечественных запи­ сок",—чтоб удобнее подвизаться на этом ве­ селом поприще, он завел типографию и в качестве ее х о з я и н а , к-рый сам себе голова, смело ставит на своих дрянных книжонках „второе издание", издавая их только в пер­ вый рае» («Отечественные записки», 1842, т. X X I I ) . Этот ревнив отзыв имеет основа­ ния. АДнпапов просто копировал приемы дворянской лит-ры X V I I I в . , вводя в свон деревенско-бытовые стихи вефиров, м у з , аму­ р о в , Геликон, Аполлонов, Асиодеев, исполь­ з у я для своих песен ж а н р ы идиллии, эклоги н т. д. Он ученически перелагал Пушкина («Бедный музыкант».«Грусть по милой»,«Послание к русским стихотворцам»), подражал Ж у к о в с к о м у («Русскио воины», «Видение амура»), Батюшкову («К моей хижине», «По­ слание»), в сатирах — Кантемиру и т. п. Беспомощность D области формы была свой­ ственна не одному лишь Алнпанопу, по н всем его собратьям. Суханов в своих баспях находился под несомненным влиянием Из­ майлова. Е г о я э . обнаруживает явное сход­ ство с Крыловым ( « Н а мураве поймал алой ястреб соловья»). Стихотворение «Волшебннца-эимаэ, как и «Пастушеская песня» Алипанова и многие другие его стихотво­ рения, написало под явным воздействием Ф. Слепцшкин тучно-полнокровной, пышущей весельем де­ ревенской жизни («Стихотворения»), патри­ архально-бытовых обычаев («Басни») и бла­ годарных чувств крестьян к «барину-отцу»— вот основной тематический круг Алипанова. Алипанов подобно Слепушкнну HDHO при­ украшивает деревню. Деревня в его описа­ ниях встает не в своей действительности, а в иллюзорных представлениях господств yioшего сословия: «Здесь радость-веселье,/Де­ вицы с о б р а в ш и с я песни поют,/На них о ж е ­ релья,/От солнца блистая, луч яркий льют./ Платки элатотканны/Вились ветерком.&Бле­ стят сарафаны,/Кумачны, нарядны, олатым галуном». Это приукрашивание почти всегда соединяется у него с приторным, слашавоиднллнческлм пейзанским восприятием де­ ревин, столь характерным для дворянской лит-ры X V I I I в.: «Пастушка молодая Под кустиком сидит./В веиок цветы сплетая,/Все в ,стороны глядит:/Не гонит ли оттуда/ Я г п я т о к на лужок/Красивый, белокурой/ Любезный пастушок» («Песня пастушеская»). Восторженно-веселый, благодушно-идилли­ ческий тон не покидает Алипанова и при