* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

Гоголь. творномъ практическомъ д е л е или хотя бы въ пропаганд*. Этимъ объясняются все отклонения его отъ литературной деятель­ ности то иа службу, то на каеедру. Какъ сильна была въ немъ жилка пропаганды, ясно видно изъ всей его переписки сь дътекихъ летъ: кого только опъ пе пазпдалъ, начиная съ матерп и сестеръ и кончая Погодннымъ и Шсвыревымъ. ГветушДя об­ стоятельства, въ соединепш съ болезнями, лпшь обострили врожденное Г., подобно большинству людей, одаренныхъ больши­ ми талантами, самомпеше и довели его до чего то вроде маши величия. Обще­ ство тпкнхъ велнкосветскнхъ „патрпотовъ", какъ Смирнова, Висльгорскне, Толстые, Апраксины. Языковъ, въ которое зам­ кнулся Г., еще более раздувало изувер­ ство и самомнение его еимиамамн лести и, вместе съ темъ, патриотическою враждою ко всему западному. Дошло дело до того, что Г. вообразнлъ себя не только генпальнымъ художннкомъ, но чемъ то вроде про­ рока пли апостола, избрапнаго пебомъ для возвещения людямъ божественпьтхъ ИСТИНЫ Каждое выздоровление отъ болезней прини­ малось имъ за чудесное избавление отъ смерти, ниспосланное ПровидЪиииемъ для того, чтобы онъ могъ будущими своими произведениями „сколько-нибудь пропеть гимнъ красоте небесной". Все прежние ли­ тературные труды начали теперь казаться ему ничтожными, и всеми силами души устремился онъ къ горячо лелеемой мечте поведать миру неслыханное еще имъ слово. На первую часть Мерт. д." началъ онъ смотреть, какъ лишь на ничтолшоекрыльпио къ великолепному строющемуся дворцу, и всехъ смутили, какъ крайне нескромный, вдохновенный строки въ „ М . д.* о Руси и о томъ, что все взоры ея сыновъ устрем­ лены теперь на пего, что, наконецъ, настапетъ скоро время „когда ипымъ ключемъ грозная вьюга влохновешя подымется изе облечевной въ священный улсасъ и въ бли­ станье главы, и иючуютъ въ смущенномъ трепстЬ величавый громъ другихъ речей". Нужно ли п говорить о томъ, какъ гибель­ но отражалось подобное настроение и па физнческихъ, и на нравствепныхъ силахе Г. Жестоко страдавший отъ осаждавшихъ его болезней, опъ метался но Европе, пе­ реезжая взъ города въ городъ, словно не находя по себе места на земле. Не радовалъ его теперь любимый имъ некогда. Римъ, не восхищали дивныя красоты Италии. Скрытность п необщительность росли годе отъ году, и задушевное отношеше къ друзьямъ молодости сменялось натянутостью. Литературная производительность годъ отъ году делалась скуднее и въ количествениомъ и въ качествениомъ отношеиияхъ. ТИЦРТНО старался опъ продолжать свою пойму: вторая часть ея не удавалась ему, вследствие техъ фаптастнческнхъ целей, какими опъ задавался, и онъ только и д е ­ лать, что ииредавалъ сожжеппо одну руко­ пись за другою. Въ гораздо большей стег 97 пени удовлетворяли его теперь такйя изуверекпя вещп, какъ „Развязка Ревизора", и „Переписка съ друзьями", вышедпиня изъ подъ его пера во второй половине 40-хъ годовъ. Занятый въ конце 1846 г. постаповисой на московской сцене „Ревизора" въ исправленномъ виде, Г. былъ намеренъ присоединить къ спектаклю и „Развязку Ревизора". Но все участвовавший въ по­ становке были крайне смущены требова­ ниями Г. Более же всего былъ поставленъ въ затруднение Щепкинъ, которому пору­ чалось взять на себя исполнение неверо­ ятной роли: онъ долженъ былъ высту­ пить передъ публикой чемъ то вроде про­ поведника, и вдобавокъ должепъ былъ по п ь е с е получить трофей отъ артистовъ и публики. Все это было оченьрисковаио, какъ для автора, такъ и для артиста, таись какъ могло быть встречено публикой съ величайшимъ иедоумепиемъ, что совершеппо уби­ ло бы подготовленный эффекты Наконецъ, доводы разныхъ лицъ, что пьесу ставить рано или даже и вовсе пе следуете, и особен­ но внезапная болезнь Щепкина, принятая Г. за явное указаний воли Бошей, склонили его къ решению отложить пьесу, а затемъ и сама мысль овей понемногу забылась. Къ тому же Г. былъ въ это время занять дру­ гимъ делоыъ, весьма валшымъ съ его точ­ ки зрешя; именно онъ собирался издать „Переписку съ друзьями". Какое важное значеше придавале онъ этой своей книг*, можно судить по тому, что 30 июля 1846 г. онъ обратился къ Плетневу съ просьбою бросить въ сторону все свои дела и за­ няться печатанйемъ его новой иашги. „Она нужна, слишкомъ нужна всемъ, говорилъ онъ при этомъ, вотъ что покам*сть могу сказать; все прочее объясните сама книга". Печатайте книги происходило въ глубокой тайне даже для самихъ друзей Г.; одна лишь Смирнова была посвящена въ нее, такъ какъ па нее возлагались надежды по устранению цеизурвыхъ затруднений. Книга, по убеждению Г., должна была сразу разъ­ яснить всемъ его многолетнюю сосредото­ ченную въ себе жизнь; всемъ станете ясно его великое прпзваиие и для всехъ оиъ сделается роднымъ и понятпыме. Нако­ нецъ, книга, появилась въ светъ въ начале 1847 подъ такимъ заглавиемъ: „Выбранный места изъ переписки съ друзьями, Спб., 1847". Эффектъ появления ея былъ совер­ шенно неожиданный для автора. Книга произвела тяжелое впечатление не только на публику, но и па личныхъ друзей Г., напр. С. Аксакова. Все были поражены тономъ пророчества и учительства Г.; про­ поведью смирения, изъ подъ котораго про­ глядывала высокомерная гордость: осужденйемъ прежнихъ трудовъ, которыми гор­ дилась русская литература; полвымъ одобренйемъ обществеивыхъ порядковъ. сд1^лавшихся предметомъ пеиависти для всехъ просвещенныхъ людей. Самымъ сильнымъ выражешемъ этого общаго негодоватя было известное письмо Г—лю Еелппскаго, 7 Большая Эццлклопбд!я, т. V H .