* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

НИКИФОРОВ [77—78] НИКИФОРОВ люции стол я р ы м противником советской вла­ сти. В 1918 организовал в Я к у т с к е контр­ революционное правительство. Участвовал в белобандитском движении, Библиография: I. Манчара, Я к у т с к , 190G. Отдель­ ные расскааы и статьи печатались в ж у р н . . Я к у т с к а я речь», 1905—1907, и в д р . псу| палая, Ц. Ойунскиъ Георгий Константинович [1884—]—пролетарский писатель. Р . в Сара­ тове в семье цехового рабочего-обоящика. С тр и н а д ц а ти лет работал н а заводах, С ше­ стнадцати лет — ч л е н революционных к р у ж ­ к о в . Б 1905—участник вооруженного восста­ ния в Москве. В конце 1905 был арестован. НИКИФОРОВ Б ы л токарем, счетоводом, грузчиком, кино­ механиком. В1917 Никифоров работал в Ч е л я ­ бинске в вагонных мастерских, тогда же вступил в п а р т и ю . Печататься Никифоров начал с 1923. Б ы л одним из основных дея­ телей общества др о л етарских писателей «Куз­ ница* (см.). Творчество Н . наполнено пафосом борьбы за чистоту революц. п р а к т и к и пролетариа­ т а . Однако он не всегда мог разобраться в противоречиях действительности и в ряде ре­ шающих вопросов д а л искривленное отраже­ ние ж и з н и . В р а н н и х произведениях Н и к и ­ форова («Или — и л и ? , «Иван Брында*, 1926) новая экономическая политика воспринята им к а к спад революции. Д л я Никифорова х а р а к т е р е н сюжет, изоб­ ражающий: опасность неминуемого мещанско­ го перерождения рабочего-партийца, перебро­ шенного н соваппарат; л и ш ь возвращение в родную стихию заводского т р у д а сохраняет рабочему его классовое качество. Однако это не снижает крупного значения произведений Никифорова, Ценность и х — в уменьп подни­ мать острые проблемы революционной пра­ ктики, в классовой настороженности к отри­ цательным я в л е н и я м советской действитель­ ности. Никифоров один и з первых п о к а з а л средствами художественного творчества поли­ тические черты вредителя, бюрократа, к л а с ­ сового в р а г а , п о к а з а л т а к т и к у использования ими легальных условий. Начав с реалистических зарисовок рабочего, интеллиге*ггского и мещанско-купеческого бы­ та, Н . перешел к революционно-исторической повести с сюжетом, построенным в традиции * авантюрного ж а н р а («Кимба, и л и 33 оказии>, «Седые дни», 1926—1927). Героика револю­ ционной борьбы передана посредством опи­ сания смелых, порой фантастических п р и к л ю ­ чений революционеров. Р олъ!швтии__ jcaK р у ­ ководителя борьбы осталас?~им не р а с к р ы ­ той, х о т я и подчеркнутой. Н а и в н а я роман­ тика приключений, схематизм в и з о б р а ж е н и и , идеальные революционеры, с одной стороны, лубочные фигуры царских о х р а н н и к о в , п о л и ­ ц е й с к и х — с д р у г о й — х а р а к т е р н ы д л я этих произведений Н . Некоторым исключением явилось произве­ дение «Седыо Дни», где д а н а попытка создать типические об ра зы, г л у б ж е осмыслить дей­ ствительность. Ж и в о е ощущение ж и з н и , свой­ ственное Никифорову, вернуло его н а путь изображения современности. Тема романа «У фонаря* [1927]—борьба с бюрократизмом, карьеризмом, разоблачение «ползучей нечисти*, приыазьшающейся к п а р ­ тии ( И н я к и н , Славин, Острозубое и д р . ) Страх перед советским аппаратом, перед си­ стемой у п р а в л е н и я сквозит и в этом произ­ ведении Н. Однако, и з о б р а ж а я ответствен­ ного работника а п п а р а т а , партийца Цепилова, преодолевающего опасность «прирасти к автомобилю», зарыться в бумаги п забыть про «живое дело», Н . преодолевает свою це­ ховую неприязнь к а п п а р а т у , получает „воз­ можность правильно судить о действительно­ сти. Значение «У фонаря*—в остром, смелом изобличении приспособленцев, вредителей, в показе приемов и х борьбы. Р а з о б л а ч и в и х , Н . однако полностью не с п р а в и л с я с задачей показа типической фигуры подлинных строи­ телей социализма (Цепилов, К о т е л ь н и к о в , Голандин и д р . ) . Диференцированно подходя к силам п р о ш л о г о , Н . сумел в образе дво­ рянина-интеллигента Аносова показать при­ мер (один из первых в литературе) органиче­ ского включения интеллигента в соцстроительство. Обычная д л я произведений Н и к и ­ форова статика в изображении героя уступает здесь место показу в его р а з в и т и и . Стремясь к более полному раскрытию психологии дей­ ствующих л и ц , а не только к внешней х а р а к ­ теристике, преобладавшей в авантюрно-исто­ рических повестях, Никифоров обращается к эпистолярному м а т е р и а л у , к дневникам, за­ писям, которые в к л и н и в а ю т с я в общую ткань романа. Ж а н р р а з в е р н у т ы х психологических рома­ нов и повестей, р а з р е ш а ю щ и х те и л и иные социальные проблемы современности, стано­ вится основным д л я Н . Исключением я в л я ­ ется мало у д а ч н а я и крайне р а с т я н у т а я сати­ рическая с к а з к а «Воробей» [1928], где в а л ­ легорической форме высмеиваются старые ненавистные враги Н.—приелособленцы, бюрократы-яаппаратчики», мещане, интеллиген­ ты-индивидуалисты п т . д . В романе «Жен­ щина* [1929] Н . т е м у о вредителях и интелли­ генции, принимающей органическое участие в соцстроительстве, дополняет темой о . н о ­ вой женщине. Нарисовав различные типы со-