Главная \ Словарь русских художников, ваятелей, живописцев, зодчих, рисовальщиков, нраверов, литографов, медальеров, мозаичистов, иконописцев, литейщиков, чеканщиков, сканщиков и прочих. П \ 1-50
* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки
37 ПАСТЕРНАКЪ. 38 детства заним. самоучкой рисовашенъ, вплоть до 7 кл. гимвазш, когда ему удалось поступить въ мест. Рисов, школу, которую онъ и кончил?» съ болып. сереб. медалью. По окончании гимназич. курса, переселился въ Москву, г д е пробылъ 2 года—од и пъ на медиц., другой наюридич. факультете увив., но глав. цель его была—по сещать вмьсте съ т/вмъ и Учил, живоп., ваяшл 1 зодчества. Однако, какъ онъ ни старался, все 1 встреч, помехи: то было поздно уже, то не было вакавпдй. Наконецъ, но совету училищ, ннспект. Внннера, онъ обратился къ Е. С о р о к и н у , ко торый, любезно лринявъ его, предоставилъ ему свою мастерскую, где опь и пробылъ 2—3 мес., пользуясь указаниями опыт, художника. Опа саясь Петсрб. климата, онъ не решился посту пить въ А. X., а предпочелъ уехать въ Мюнхенъ, г д е и вакончнлъсвое худож. образом, въ мест. Акад. у проф. Гертериха и Лицен-Мейера, нрнчеиъ получ. даже медаль. Почти одноврем. съ этимъ онъ сдалъ экзам. въ Новоросс. упив., где окончил ь курсъ юрндич. наукъ. Въ Моск. галл. бр. Третьяковыхъ храп. 3 рис. его углемъ:>тюды муж. головъ (1886—88) и одипъ—перомъ: „Еврейка, вяжущая чулокъ" (1889). Съ 1888 г. имъ написаны для передвиж. выст.: „Думы" и „Думы въ хате" (1888), „Письмо съ родины" (1889, наход. въ Моск. гал. Третьякова), „Мо литва слепыхъ" (1890, была т о л ь ко на перюдпч. выст. въ Москве въ 1890 п въ Одессе въ 1892), „Къроднымъ" (1891), „Муки творчества" (1892). КромЬ того, на перюд. выст-хъ наход. след. его произвел.: Моск. 1888 г. (VIII-й)—„Утреи. новости" н 1891 г. (XI-й)—два портрета; Одесс. 1890 г. (И-й)—„За кружкой пива",—Научившись гравиров. у И. И. Ш и ш к и н а , онъ пагравпр. въ 1888 креп, водкой пояс. иаображ. старика въ мехов, шапке, отпеч. съ тономъ; затемъ СДБЛОЛЪ рпсунки къ соч. Лермонтова въ изд. Кушнерева 1891 г., къ роману гр. Л. И. Толстого „Война и Мпръ", и очень много для Моск. перюд. изд. „Артистъ". Весьма различно относилась наша печать къ произведен1Ямъ П—ка,появлявшимся ва выставкахъ, особ, передвижныхъ. Если Одесс. газеты, за редкими исвлючешями, встречали очень со чувственно работы своего родича, съ первыхъ же шаговъ его на художеств, поприще, то не та кой снмпат1ей къ нему отличались зачастую столпчныл перюднч. издания. Такъ, когда „Но вости дня", въ лице своего сотрудпика Никса, признавали въ 1888 г. (9 мал), что „Думы въ хате" П-ка—симпатичная картинка, и „нонентъ безмолвия пойманъ художникомъ удачно", причемъобъяснялнсюжетъ так. образ., что „игра ющий на полу котенокъ задумался надъ какоюто соломинкою; глядя на котенка, задумалась каплюша-девочка; глядя на девочку, задумалась старуха, мешавшая въ котелке обеденное ва рево",—г. А. В. въ „Одесс. Новостяхъ" (15 нояб.) писалъ, что это—„прелестная бытовая картина", что „несмотря на простоту сюжета и незна чительный размеръ, она содержитъ въ себе много художественной правды, верность коло рита и выраженie вэятыхъ живописцемъ для своего произведена лицъ", и въ конце восвлицалъ: „сколькоздесьдуши,искренности, чувства!" Ж. Рашкевичъ въ „Одесс. Листке" (21 нояб.) шелъ еще дальше, говоря, что „выдающееся иоллжеше среди жанроныхъ картвнъ несомненно занпмаетъ скромная работа Пастернака", иричемъ рисовалъ целую картину жизни изобра женной тамъ семьи, а псевдонамъ Аркадгй Ф1алкинъ отм Бчалъ пъ „Новоросс. Телегр." (24 но ября), что „картина его (П—ка) хороша по за мыслу и даетъ право ожидать (отъ него) зпачптельпыхъ вещей". Еще более внпма^я обратила на себя дру гая картина нашего художника—„Чтеше письма съ родины", выставл. въ 1889. Съ особ, похва лами распространился о ней Вл. Михневичъ, въ „Новостяхъ" (1 мар.), едва-лн не первый указавиий на ея достоинства. „Картина г. Па стернака—самая талантливая, самая свежая и оригинальная вещь изъ всего, чтб есть у передвижннковъ нынче по части жанра.. Картина бросается въ глаза, съ нерваго взгляда кажется грубой и шероховатой, благодаря именно дур ному освещешю, но со втораго и третьяго взгляда она вами овладьваетъ, и вы впутренно говорите себе*, какая прелесть! какая непод купная правда! Сколько здесь понимания про стого русскаго человека и сколько любви къ нему! Г. Пастернакъ на полотне довольно зна чительна го размера изобразилъ чрезвычайно простую обыденную сцену изъ солдатскаго быта (следуеть onucanie картины). Вотъ н все, чтб хотелъ сказать г. Пастернакъ въ своемъ „Чтеын письма", но сказалъ онъ это такъ тепло и ис кренно и съ такою яркою выразительностью, его картина написана такъ смело, молодо и талантливо, его солдатики такь правдивый ти пичны, что въ этомъ дебюте неведомаго экспо нента нельзя не признать съ удовольеттпемъ признаков!» большого и серьезнаго даровашя" Также сочувственно отнесся къ нашему ху дожнику и Житель-Дъяковъ въ „Нов. Врем." (12 мар ), писавпий тамъ: „но вотъ талавтъ, г 3*