* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

213 А . А . ИВАНОВЪ. 214 до н то восппташе, которое онъ постарался самъ ce6t дать, а также благотворное соприкосновеeie съ образованными н мыслящими людьми, съ которыми онъ нскалъ сближен1я. „Чтб касается воспиташя, то наврядъ ли изъ вс*хъ нашнхъ художвиковъ, прежнихъ и настоящихъ, который нвбудь такъ иного читалъ и ивучалъ, по своей части, какъ Ивановъ,...„У живописца Ивавова, дароиъ что онъ долженъ былъ доходить до всего самъ, п что все ему (говоря словами его отца) „доставалось съ боя", у Ивавова, кроме таланта и ума, была въ молодости еще одна мысль въ голов*, кото­ рой не было въ головъ ни у одного русскаго художника—это мысль о народности. Казалось бн, эта мысль всего дальше должна бы быть у человека, который во всю жизнь только и бралъ сюжеты, чтб изъ Библии, у художника, который всю жизнь высшими образцами своими счнталъ Рафаэля и Леонарда-да-Винчи, т.-е. идеалистовъ по преимуществу, никогда и во сне не видавшихъ ничего нацкшальнаго, другими словами— действительно существующего въ природе, въ живой действительности. Но въ томъ то н дело, что Ивановъ всю жизвь, иа деле, работая кистью на нолотв*, шелъ гораздо дальше всехъ, имъ самимъ проповедуемыхъ Teopift в свстемъ. Онъ воображалъ себе высшимъ блаженствомъ н в*вцонъ всей своей деятельности — прибли­ зиться къ лучmимъ птальявскинъ художникамъ XVI в*ка, а самъ, ва деле, раздамывалъ ихъ ранки н устремлялся къ такимъ далекимъ горивонтамъ формы, мысли и чувства, о какихъ тв, по условхямъ своего вреневн, неспособны былп н нечтать. Невидимому, онъ во многомъ и самъ не сознавалъ всей важности нныхъ своихъ идей. Оне сидели у него въ голов* безотчетно, невольно; онъ ихъ внсказываетъ словно вскольвь, не останавливается на нихъиие развиваетъ нхъ. увидать въ настоящемъ его св*т*, и с ъ е г о хо­ рошей, и съ его дурной стороны. Внутренняя его критика, даже въ отношетн къ близкимъ людямъ, или къ дорогому народу, никогда у него не замолкала. Овъ не боится напасть и на Гоголя, и на Моллера, и на Чнжова, когда на­ ходить въ нихъ что-нибудь „не такъ", худо сказанное, или худо сделанное, неспособность или неуменье ихъ къ чену-нибудь. Такъ точно и въ отношешн къ русскому народу: овъ его ценить высоко, а все очень хорошо впасть и видитъ его недостатки... „Ивановъ въ последнее свое вреня т а к ъ в ы с о к о в д р у г ъ п о д н я л с я , т а к ъ шаг­ ну л ъ в п е р е д ъ , что его yaw не пугало тб, чтб въ прежнее вреня заставало бы его оробеть я по­ теряться: новыя требования и запросы публики, сильная критика, направленная противъ иныхъ частей его картины. Онъ не только теперь не робъмъ и не терялся, но находнлъ голосъ публи­ ки—справедлнвымъ и завой нымъ. „На нов глаза,Ивановъ—одна ивъ в е л и чайшихъ художествевныхъ личностей, когда-либо появлявшихся на свет*, п в м е с т е — о д н а ивъ с а м ы х ъ к р у п н ы х ъ и н е о б ы ч а й н ы х ъ л и ч н о с т е й р у с с к и х ъ . Бели даже оставить на минуту въ стороне мысль о томъ, что Ивановъ былъ живописецъ, все-таки онъ представляется человевонъ, совершенно выходящимъ ивъ ряду воиъ. Сила мысли, сила характера, золотая душа, заботливое попечеше не только о близкихъ, но и о саныхъ далекихъ людяхъ, кому онъ могъ быть полевенъ, стро­ гость жизни, необыкновенная серьезность на­ строена, поэтичность н глубина всяческаго постижешя, презреше къ внёшнимь выгоданъ саиолюб1я и наживы, отсутстае эговзча, безковечвая неподкупная справедливость во вс*мъ, въ томъ числ* въ людямъ совершенно протнвоположнаго себе направлешя, и, вм*ст* съ т*мъ, неприииримая ненависть къ тому, чтб низко и иелко, непринириная н самая муже­ ственная вражда съ бездарностью, провой и жи­ вотностью, поразительная правдивость, искрен­ ность и наивность; наконецъ, бевпредельная любовь въ родине и посвящеше всего себя бу­ дущему ея воввышент и просветленii> —какое соедпнеше, въ одпомъ человеке, самыхъ р*двнхъ, самыхъ дорогихъ и необыкновенныхъ качествъ! ...„Высокое понятие о Poccin и ея будущей роли существовало въ мысли у Иванова гораздо раньше его знакомства съ к*мъ бы то вн было иаъ москввчей: это несомненно доваяываютъ письма. Сверхъ того, въ мысли Иванова вовсе ве было ни того „общенародна™ и индиввдуальнаго смирешя", ни того безпредельнаго возвелнчев1я", которыя принадлежат), къ числу отличительвейшнхъ чертъславянофидьстваЗО-хъ и 40-хъ годовъ. Ивановъ былъ гораздо проще и естественнее всехъ этихъ господь, у него въ тысячу рааь более было естественнаго здраваго „Но прибавьте къ этому ту черту, которая синела. О н ъ н и к о г о и н п ч е г о н е и д е а л и - чудесною нитью проходить сквозь всю живнь в н р о в а л ъ , овъ старался каждую вещь, каждое Ивавова, — жажду самоусовершенствования и дело, валкдаго человека (хотя бы и русскаго), изошедшее ивъ нея развитее, никогда не остав