* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

ВСЕОБЩЕЕ ИЗБИРАТЕЛЬНОЕ шгатовъ С?верной Америки и др.—Въ за­ щиту этого исключения указываютъ на то, что политическіе выборы возбуждаютъ общественныя страсти и вызываютъ обще­ ственную борьбу; армія, пока она сущест­ вуетъ въ своемъ настоящемъ вид?, должна быть чужда политической борьбы; избира­ тельная агитація. проникшая въ армію, неизб?жно должна подорвать военную дисци­ плину. Этотъ аргументъ идетъ по преимуще­ ству изъ военныхъ и консервативныхъ круговъ. Изъ другого лагеря идетъ другое возоаженіе противъ участія арміи въ выборахъ. Избирательная агитація, говорятъ въ радикальномъ и демократическомъ лагер?, веденная въ арміи, можетъ дать поводъ къ пользованію ею для избирательныхъ ц?лей; можно опасаться, что вооруженная сила будетъ употребляема на то, чтобы произ­ водить давленіе на избирателей. Въ Германіи, какъ мы вид?ли, военные могутъ быть избираемы. Французская конституція идетъ дальше и лишаетъ ихъ также права быть избираемыми. Очевидно, что въ данномъ случа? творцами французской конституціи руководилъ не второй, а пер­ вый мотивъ, не стремленіе охранить сво­ боду избирателей отъ вн?шняго давленія, а стремленіе охранить дисциплину въ арміи, на которую можетъ вредно повліять участіе офицеровъ въ парламент?, съ которымъ неизбежно связано право зани­ жаться политикой и вступать въ борьбу со своимъ непосредственнымъ начальствомъ. Однако, въ посл?днее время демократія стала отказываться отъ этихъ соображеній. Идея, что армія должна быть чужда политической борьбы,—говорится въ демократическихъ кругахъ,—есть идея, выгод­ ная той политической партіи или тому об­ щественному классу, который держитъ армію въ своихъ рукахъ, и который можетъ обращать ее въ орудіе своихъ политиче­ скихъ стремленій. Народу, для котораго армія по большей части является враждебной силой, и самой арміи, по крайней м?р?, рядовымъ, н?тъ основанія держаться за этотъ принципъ. Именно тогда, когда армія станетъ интересоваться политикой, именно тогда она сольется съ народомъ, и изъ силы, направленной для подавленія въ немъ вс?хъ новыхъ теченій, явится силой истинно народной. Что же касается самихъ солдатъ, то они не могутъ и не должны отказы­ ваться отъ политической жизни; поступая въ армію, они не перестаютъ быть граж­ данами.—Исходя изъ одинаковыхъ соображеній, французская конституція лишила вс?хъ вообще чиновниковъ права быть избираемыми въ парламентъ, сд?лавъ ограниченіе только для н?которыхъ категорій, ПРАВО 471 какъ-то: министровъ, посланниковъ, префектовъ полиціи, президентовъ (но не чле­ новъ) судовъ, архіепископовъ и епископовъ, профессоровъ и н?которыхъ другихъ. Въ пользу запрещенія чиновникамъ до­ ступа въ парламентъ въ различные историческІе моменты и въ разныхъ странахъ приводили разные мотивы. Съ одной сто­ роны, выставлялось опасеніе, что наличность въ нихъ большого числа чиновниковъ мо­ жетъ лишить парламентъ необходимой са­ мостоятельности и поставить его въ чрез­ мерную зависимость отъ правительства; говорятъ также, что чиновникъ, д?лающІЙся членомъ политической партіи и прину­ жденный, добиваясь парламентскаго ман­ дата, участвовать въ политической борьб?, не въ состояніи сохранять безпристрастіе въ своей служебной деятельности по отношенію къ разнымъ классамъ населенія. Съ другой стороны, выставляютъ какъ разъ противоположный аргументъ. Говорятъ, что если чиновникъ сохраняетъ въ парламенте свою моральную независимость и, являясь членомъ оппозиции, выступаетъ противъ своего прямого начальства,— это можетъ дурно отразиться на интересахъ служебной дисциплины. Въ зависимости отъ различія историческаго момента и отъ мёстныхъ условій, лишеніе чиновниковъ пассивнаго избирательнаго права является та популярнымъ требованіемъ радикаловъ, то ме­ рой, на которой настаиваетъ консерватив­ ное правительство. Исключеніе чиновниковъ изъ англійской палаты общинъ было со­ вершено въ свое время, чтобы ослабить вліяніе правительства на парламентъ; въ настоящее время оно удерживается потому, что министры не желаютъ дозволить подчиненнымъ имъ чиновникамъ говорить и д?йствовать противъ нихъ въ парламенте. Въ 1867 г., при обсужденіи конституціи с?веро-германскаго союза въ учредительномъ рейхстаг?, на запрещеніи чиновникамъ пар­ ламентской деятельности настаивали союзныя правительства, конечно, не во имя не­ зависимости будущаго парламента, а во имя интересовъ служебной дисциплины. Ихъ требованіе, однако, было отвергнуто учредительнымъ рейхстагомъ и не вошло ни въ с?веро-германскую, ни въ поздн?йшую гер­ манскую конституцію. Стремленіе ограни­ чить доступъ чиновниковъ въ парламентъ особенно сильно въ такихъ странахъ, какъ Болгарія, где правительство охотно про­ водить ихъ туда, чтобы потомъ при по­ мощи самаго грубаго давленія на ихъ сов?сть находить въ парламент? необходи­ мую поддержку. Однако, въ той же Болгаріи всего бол?е силы имеетъ и возраженіе противниковъ этой меры, указывающихъ на