* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

и Индш! Но какъ орелъ взираетъ на гу­ сеницу въ ея шелковой пряже, такъ смот­ ришь на этихъ несчастныхъ мудрецъ, ибо они—пленники своей души и не могутъ оторваться отъ листа, къ которому они пристали, въ то время, какъ мудрецъ поднимается на свои вершины и окиды­ ваешь взоромъ вселенную. Энгель. Люди науки исполняютъ самую нич­ тожную долю своего долга, когда они защищаютъ другъ друга. Ихъ истиннымъ призвашемъ, ихъ настоящей славой долж­ на бы быть защита слабыхъ .отъ сильныхъ, бедныхъ отъ богатыхъ, Это долж­ но быть ихъ гордостью, ихъ честью. И мне хотелось бы, чтобы въ каждой хи­ жине было известно, что интеллигенция симпатизируетъ не высшимъ, а низшимъ классамъ. Бокль Я не могу представить себе философш, более пагубно отзывающейся на нравственности и независимости писате­ лей, какъ та, которая учитъ ихъ кор­ миться насчетъ благоволения министровъ и знати. Никакая философий не можешь] такъ верно превращать людей, предназ-ч наченныхъ природою быть нашимъ блаословешемъ и украшешемъ, въ позору и чуму общества. г Маколей. Говорятъ, что почти каждая физи­ ческая работа имеетъ тенденщю вре-j дить тому или иному органу работника] Точильщики умираютъ отъ чахотки; у ткачей рано прекращается ростъ; у куз1 нецовъ гноятся глаза. Точно такимъ же образомъ и всякая почти духовная рабо_ та имеетъ тенденщю вызвать какую-ни! будь духовную болезнь. Маколей. Кто много знаетъ—гибокъ; кто знаетъ—спесивъ. мало Гиппель. Истинные ученые подобны колосьямъ въ поле. Пока колосъ пустъ, онъ весело растетъ и гордо подымаешь кверху голо­ ву; но когда онъ разбухаетъ, наполня­ ется зерномъ и созреваешь, онъ прони­ кается смирешемъ и опускаешь голову. ^^^^ Монтэнь. О, какъ ученый мужъ заметенъ въ васм сейчасъ! Что осязать нельзя, то далеко для в а с ъ ! Что въ руки взять нельзя, того для в а с и и нетъ, ] Съ чемъ не согласны вы, то ложь о д н ! и бредъ, Что вы не взвесили, за вздоръ считати должны, Что не чеканили, въ томъ, будто, нети цены. ш—ш— Каждый человекъ, который пишетъ, каждый человекъ, который говоришь, поднимается въ неограниченной любви къ самому себе, выше всехъ людей; гор. дость, рожденная мыслью, превосходитъ даже гордость, рожденную властью. На свое слово мы смотримъ не иначе, какъ на мечъ, на свое перо—какъ на скипетръ. Кормененъ Гете. I Мнопе священнослужители Минервы имеютъ некоторое сходство не т о л ь к ! съ самой богиней, но и съ ея знамении той птицей: въ темноте они, правда, л о ! вятъ мышей, но при с в е т е дня замечаютъ колокольню только тогда, когш ударяются о нее головою. Лихтенбергь, I