* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

МЕТОДЫ ДОМАРКСИСТ- Л И Т Е Р А Т - [273—274] МЕТОДЫ ДОМАРКСИСТ. Л И Т Е Р А Т . вешей создающего откровения метафизическипрекрасного». Интуитивизм—самое реакцион­ ное из всех течений домарксистского литера­ туроведения. Выросший в эпоху империали­ стического загнивания б у р ж у а з и и (Германия, И т а л и я ) , в эпоху ожесточенной политиче­ ской реакции после 190(5 (вспомним "вехизм* Гершензона и оголтело-черносотенную поле­ мику Е в л а х о в а с марксизмом), интуитивизм аристократичен. Е г о метафизика то и дело со­ прикасается с самыми неприкрытыми форма­ ми поповщины. Наконец в своих западных вариантах интуитивизм проникнут апологией сильных личностей, противостоящих про­ грессу, т. е. фашистскими установками (осо­ бенно явно у Гундольфа, но далеко не у него одного). О к т я б р ь с к а я революция, открыв­ ш а я широчайшие перспективы д л я роста ди ал ектн к о-м атериал и сти чес кого л итерату роведения, подрезала под самый корень это детище б у р ж у а з н о г о распада. Однако если в советском литературоведении на сегодняш­ ний день сохранил! сь только эпигоны интуи­ тивизма, то на капиталистическом Западе сн по сию пору представляет собою главенству­ ющее течение, я в л я я с ь в области литературо­ ведения самым отточенным и самым ядовитым оружием империалистской р е а к ц и и . ii. ФОРМАЛИСТЫ* — Империалистическая война и О к т я б р ь с к а я революция существенно изменили расстановку сил на фронте русского литературоведения. Н а смену к у л ь т у р н о историческому методу, представленному в эту пору явными эпигонами (Венгеров) и недоразвившемуся потебнианству выступили формалисты. С одной стороны, они несомнен­ но отражали в начальной своей стадии не­ который подъем б у р ж у а з н о й мысли. Однако чем более у г л у б л я л а с ь социалистическая рев о л ю ц и я , ч е м шире развертывалась к у л ь т у р ­ н а я революция, чем шире распространялось идейное воздействие марксизма-ленинизма, тем более отрицательную р о т ь и г р а л а методоло­ гия формалистов. В их л и ц е пооктябръс к а я б у р ж у а з и я з а н я л а откровенно враждеб­ ную пролетариату позицию, полностью де­ терминированную политической реакционно­ стью выдвинувшего их к л а с с а . Не приемля ни пролетарской революции ни той к у л ь т у р ы , к-рую она несла с собой, буржуазный форма­ лизм отграничивается от нее рамками «чи­ стой науки». Н а базе этого неприятия и воз­ никает формалистский «аполитизм», то и дело оборачивающийся прямой реакционностью (см. н а п р . «Мой временник» Б . Эйхенбаума) и я р к о дающий себя знать в беззаботных насчет методологии писаниях В . Шкловского. К а к и многие другие литературоведческие тео­ рии текущего столетия, формализм выраста­ ет на характерной д л я всего буржуазного мышления этой поры идеалистической базе. Фил1>софская б а з а ф ф м а л и з м а дает себя чув­ ствовать достаточна определенно: это Кант и неокантианство. Отсюда возникают важней­ шие опорные пункты их эстетики—трактовка искусства к а к игры художественного мышле­ н и я , к а к а к т а исключительно формального, не несущего н и к а к и х практических ф у н к ц и й . . . «Танец—это ходьба, к - р а я ощущается; еще точнее—ходьба, к - р а я построена т а к , чтобы о щ у щ а т ь с я . И вот м ы плетемся за плугом; это оттого, что мы пашем, но пашни нам не надо» (Ш к л о в с к и й, Связь приемов сюжетосложения с общими приемами стиля, сб. «Поэтика», 1919). На кантианство опирается и Эйхенбаум в своих статьях о шиллеровской драматургии и в других ранних своих работах (см. с б . «Сквозь лит-ру», 1924). Это филосифское обоснование формальной эстетики прямо предшествовало развертыванию формалист­ ской морфологии. У ж е в первых своих сборни­ к а х они выкидывают знамя борьбы против психологической школы (статья Шкловского «Потебнл»в сборнике«Поэтика»,1919)и особен­ но против мнимого позитивизма и объективиз­ ма исследователей типа Венгерова.«Ко времени выступления формалистов,—говорит Эйхенба­ ум,—акадамиче екая н а у к а , совершенно игно­ рировавшая теоретические проблемы и в я л о пользовавшаяся устарелыми эстетическими, психологическими и историческими аксиома­ ми, настолько потеряла ощущение исследова­ ния, что самое ее существование сделалось при­ зрачным, С ней почти не приходилось бороть­ ся; &незачем было ломиться в двери, потому что н и к а к и х дверей не оказалось,—вместо крепости мы увидели проходной двор» («Тео­ рия формального метода» в сб. «Лит-ра» и «Сквозь лит-ру*&). В русской науке о лит-ре у формалистов не оказалось прямых предше­ ственников, поэтому они принуждены были опереться на зап,-егф0пейских формалистов, к началу X X в . у ж е прошедших аналогичный их русским последователям путь борьбы с по­ зитивизмом и идеалистической абстракцией. Среди этих учителей русского формализма д о л ж н ы быть названы: искусствоведы А . Гильдебранд, Воррингер, Мейер-Грефе, л и ­ тературоведы О- В&льпель, Дибелиус, Си­ вере, Ф . Саран и м н . д р . Рост формализма протекает чрезвычайно быстрым темпом. П е р ­ вые «Сборники по теории поэтического я з . * относятся к 191 в-—191Т; у ж е в них во весь свой рост выявляются характерные особен­ ности воинсгвуюв^го формализма-—подче]тк­ нутый антипсихологизм и несомненно стоя­ щие в связи с футуристическими симпатиями школы тенденции к изучению и л е г а л и з а ц и и •&заумного», обессмысленного я з . (статьи Вик­ тора Шкловского о поэзии и заумном я з ы к е , Л . Якубинского — о поэтическом глоссемосочетании) (см. «Заумь*). Формализм быстро становится в России господствующим тече­ нием, и ни потебнианцы ни культурно-исто­ рическая ш к о л а не могут противопоставить этому течению сколько-нибудь серьезных в о з р а ж е н и и . 1920—1923—эпоха наивысшего подъема ф о р м а т и з м а , опубликования целого ряда важнейших его работ. В эту пору к «чи¬ стым формалистам» (или «морфологам», к а к они себя предпочитали называть) присоеди­ няется ряд сочувствующих им исследовате­ л е й . Вождями школы н а всем ее протяжении оставались В . Ш к л о в с к и й , развивав­ ший свои идеи в нарочито парадоксальной форме, Б . Э й х е н б а у м и Ю . Т ы н я н о в , бплее академичные по своим интересам. На менее видных деятелей школы должны быть н а з в а н ы — Л . Я к у б и н с к и й, сосредото­ чивший свое внимание на смежных с лингви-