* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки
МЕТОДЫ ДОМАРКСИСТ. Л И Т Е Р А Т . [263—2С4] МЕТОДЫ ДОМАРКСИСТ. Л И Т Е Р А Т . до тех п о р , пока не наступил расцвет промыш ленного капитализма, к-рый смел с л и п а земли натшонатьные средостения и открыл пути ши рокого между на родного обмена в области на родного хозяйства, культуры, искусства. От личие компаративизма от тэнизма, который т а к ж е выражал интересы промышленной б у р ж у а з и и , в том, что он характеризовал более поздний, пред империалистский п е р и о д э к с п а н с и и к а п и т а л и з м а на Восток, в к о л о н и и . Именно в результате этого движения, особенно широко развернувше гося в 80—90-х п прошлого столетия ( И н д и я , Китай, Африка, Индо-Китай), в европейской б у р ж у а з н о й науке пробудился интерес к вос точному творчеству. Н а аналогичных компа ративизму корнях выросла в лингвистике той поры индо-европейская теория (см. «Лзыковсдение»)* Компаративисты не смогли научно р а з р е шить стоявшие перед ними проблемы. П р а к т и куемый ими метод приводил и х к подбору ана логичных сюжетов в лит-ом творчестве сосед них стран, т о л к а я их на исследование поэ тической продукции прошлого» Н и одно ком паративистское исследование не строилось вне этого широчайшего ассортимента сопоставляе мых между собой традиций. Н о сопоставле ния эти не решали и не могли решить основ ного вопроса о п р и ч и н а х п о я в л е н и я н а свет этих т р а д и ц и й . Подобно эволюционистам сторонники сравнительно-исторического м е тода конструировали историю т е х и л и иных сюжетов, но причина возникновения этих сю жетов оставалась д л я них тайной з а семью пе чатями. «Среда», к-рой они объясняли поэ тическое творчество, т р а к т о в а л а с ь ими в чисто лит-ом п л а н е к а к т р а д и ц и я , н а в я з ы в а в ш а я отдельным произведениям трафаретное офор мление. Но а п е л л я ц и я к лит-ой среде ничего не объясняла, ибо оставалась а п е л л я ц и е й в пределах одного и того ж е лит-ого ряда, а при чины л е ж а л и вне лит-ры. Бесспорно расширив материальный кругозор литературоведа, они однако не решили проблемы по существу. «Не зная средневековой греческой лит-ры, мы мо жем неправильно истолковать значение я в л е ний дрегше-русской лит-ры; не з н а я польской и латинской лит-ры X V I и X V E I в в . , будем ошибаться при оценке явлений малорусской лпт-ры X V I I в . ; бе* сравнительного изучения стиля барокко, итатьяисгсого «маринизма», ис панского гопгоригча, английского,,евфуизма", французского style pr6oieux и немецкого бомбаста мы молшм вообразить, что э т и стили— есть нечто особое, тогда к а к это повторение в сущности одного и того ж е перенесения одной и той лее моды в разные области и языки* ( В . П. П е р е т ц , И з лекций по методологии истории лит-ры, Киев, 1914, с т р . 175). Все это конечно верно: но без установления социаль ных причин возникновения этой «моды», без учета и объяснения специфических форм ее в ртзличпых национальных условиях сравни тельный а н а л и з этих стилей превратится в простое «описание». Сравнение всегда было и останется полезнейшим подсобным приемом изучения; но оно никогда не было «методом» п взятое вне социологических предпосылок, лишенное научных критериев, пе способно т привести научное литературоведение к к а к и м либо плодотворным результатам. Эта бесплодность а н а л и з а , не доведенного до первоисточника, дает себя знать во всех ра ботах компаративистов, д а ж е в работах А л е ксандра Веселовского (см.)* Колоссальнейшая эрудиция исследователя с к а з а н и й о Соломоне и Кнтоврасе не в силах замаскировать беспо мощности его в вопросах социального гене зиса разбираемых легенд. Блестяще устана в л и в а я факты «миграции» сюжетов или их «самозарождения» и л и их «заимствования», Веселовский и его ш к о л а в бессилии останав л и в а ю т с я т а м , где им требуется установить классовые и с т о к и сюжетов. Ставя перед историей л и т - р ы , построенной сравнительным методом, задачу проследить, «каким обра зом новое содержание ж и з н и , этот элемент свободы, приливающий с каждым новым поко лением, проникает в старые образы, эти фор мы необходимости, в к-рые неизбежно отлива лось всякое предыдущее развитие», Веселов с к и й к а к будто чувствовал необходимость со циологической т р а к т о в к и проблемы. Н о вско ре о к а з а л о с ь , что Веселовского п р и в л е к а л о к себе не «содержание» сюжета, а его «форма», его «вневременный», абстрактный к а р к а с . В чем было существо ошибок Веселовского? В том, что он искал в лит-ом процессе едино о б р а з и я и постоянства форм, отрывая их от породившего и х социального с о д е р ж а н и я . К а к истый приверженец б у р ж у а з н о г о компарати визма он склонен был утверждать ограничен ность поэтического творчества известными оп ределенными формулами, устойчивыми моти в а м и , к-рые одно поколение п р и н я л о от пре дыдущего, а это от третьего, что к а ж д а я но в а я эпоха работает «над исстари завещанными образами, обязательно в р а щ а я с ь в их грани ц а х , п о з в о л я я себе л и ш ь новые комбинации старых, и только н а п о л н я я их новым пони манием жизни» (Собр. сочин. А . Н , Веселов с к о г о , С П Б , 19ТЗ, т. I, с т р . 16). Д л я Весе ловского содержание было всего только внеш ним фактором, модифицрфующим сюжет, а пе ведущим началом творчества, создающего аде кватную д т я себя форму. Г о в о р я об ограни ченности м а т е р и а л а , имеющегося в р а с п о р я жении писателя, он вопросом о традиции со вершенно заслонял неизмеримо более важное исследование причин того и л и иного сюжета и той и л и иной р а з р а б о т к и . Позитивизм Веселовского построен на отрыве лит-ры от социальной п р а к т и к и , и даже там, где, он н а словах признает последнюю, он понимает ее чрезмерно у з к о . П р и з н а в а я н а п р . , что «петр а р к и з м древнее Петрарки», что «материал и настроения» д л я него приготовила г р у п п а , он самый петраркизм трактует исключительно в п л а н е лит-ой традиции, обходя вопросы об щественного с о з н а н и я . Методу Веселовского свойственны органические недостатки с р а в нительного метода, видящего в установлении международно сти лит-ры в а ж н е й ш у ю цель л и т е р а т у р о в е д е н и я : причины той и л и иной т р а к т о в к и сюжета з а к л ю ч а л и с ь не в его п р о исхождении, н е в традиции, а в том, что определенное классовое содержание ломало унаследованные сюжеты и создавало д л я себя новую форму. Стать н а э т у т о ч к у з р е н и я з н а -