* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

МЕТЕРЛИНК [237—238] МЕТЕРЛИНК На творчестве М, лежит печать деградации буржуазной к у л ь т у р ы и вместе с этим резкой враждебности по отношению к революционноматериалистическому мировоззрению, с к-рым, будучи апологетом мистицизма и квиетизма (в «Сокровище смиренных» находим х а р а к т е р - души», а рабочему—нищета и голод и про­ чие радости «на лоне в е л и к о й несправедли­ вости». К а к и м образом «жизнь души» эксплоат и р у ю щ и х классов поможет капитал и сти че-скому обществу в ы р в а т ь с я из к р у г а великой несправедливости, М. не объясняет. У ж а с перед «роковыми, невидимыми в е л и ­ кими силами, намерения которых никому не известны», к-рые «зорко подстерегают к а ж ­ дый н а ш поступок», я в л я ю т с я «непримиримы­ ми врагами у л ы б к и , ж и з н и , мира и счастья», составляет главное содержание и пьес М. И х излюбленная героиня — смерть. Она «равно­ д у ш н а , с л е п а , действует ощупью, почти на­ у г а д , но уносит г л . обр. молодых и менее несчастных, просто оттого, что они менее спокойны, н е ж е л и самые несчастные, и пото­ му, что в с я к о е резкое движение во мраке привлекает ее внимание» («Смерть Т е н т а ж и лл*). Е е п р и б л и ж е н и е всегда известно тем в ком голос тривиального р а з у м а не з а г л у ш и л откровения д у ш и («Непрошенная гостья»). Л ю д и бродят во тьме, все и х з н а н и я не мо­ гут открыть им т а й н высшей жизни («Слепые»), несчастье сторожит и х к а ж д о е мгновение («Там внутри»). Любовь — чувство, особенно п о д в е р ж е н н о е р о к у , оно — самое я р к о е сви­ детельство таинственной власти н а д нами не­ ведомых з л ы х с и л , потому что она исполне­ на в н у т р е н н и х необъяснимых противоречий, Ь пьесах, посвященных этой теме, любящие всегда исполнены смутной тревоги и ожида­ н и я , т . к . д у ш а обладает достоверным знай Мазорель. Иллюстрация л «Сокровищу смиренных* Метерлипка (Париж, 1931) ный афоризм М.: «У Гамлета есть время ж и т ь , сотому что он не действует»), М. ведет по сути дела неустанную борьбу. У т е ш а я эксплоатат о р о в тем, что в и х утомлении, в и х бесцвет­ ном существовании скрыт какой-то высший значительный и таинственный смысл, к а к а я т о н е с к а з а н н а я к р а с о т а , что «можно совер­ шить самые низкие преступления и сохра­ нить аромат свежести и духовной чистоты», он вместе с тем своею проповедью смирения, показом бесцельности восстания против все­ властной судьбы, направляющей движения мира («Смерть Тентажиля» и др.)* разоружает не ж е л а ю щ и х покоряться существую где й дей­ ствительности, стремящихся уничтожить гос­ подство класса оксплоататоров. В книге «Муд­ рость и судьба» М. предлагает даже следую­ щее мистическое оправдание эксплоатации: «Мы ж и в е м на лоне в е л и к о й несправедливо­ сти, но я думаю, что нет ни жестокости ни р а в н о д у ш и я в том, что иногда мы будем го­ ворить, з а б ы в а я э т у несправедливость, иначе нам никогда не вырваться и з ее к р у г а . Н у ж ­ но, чтобы х о т я немногие и з н а с позволили себе говорить и действовать т а к , точно все о к р у ж а ю щ и е нас счастливы» («Мудрость и судьба»). Словом, б у р ж у а з и и — « в ы с ш а я ж и з н ь Лезтлер. Иллюстрация к «Сокровищу смиренных» Мвтерлинка (Иена, 1893) нием и говорит и м , что не они предназначе­ ны д р у г д л я д р у г а , что я в и т с я тот «настоя­ щий», кто внесет у ж а с и смерть в и х ж и з н ь , р а с к р о е т всю обманчивость и х кажущегося счастья («Алладина и Паломид», «Пеллеас и Мелисанда» и д р . ) . Герои М.—марионетки в