* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

ttOTJIJfPEBCKlft. 311 стать во глав* этой отрасли археологической науки". Мы, знакомые съ покойнымъ пе по однимъ только печатпымъ его трудамъ, знаемъ, что этимъ словамъ Гануша моашо дать болъе широкое, болъе общее значеше. Мы знаемъ, какая высокая умственная энерпя, какая солид­ ная ученая сила сказывалась во всъхъ суждешяхъ К о т л я р е в с к а г о по вопросамъ научнымъ. Если опъ пе сдълалъ всего, что могъ и хоТ&БЛЪ сдълать, если его упрекали иногда за то, что онъ „зная такъ много, пишетъ сравнительно мало", то виной этого былъ тотъ долпй и упорный недугъ, который отпималъ у пего много времепи и много силъ, который и сразилъ его наконецъ. Покойный съ полнымъ правомъ могъ бы сказать о себе словами славянскаго первоучителя: „я копчилъ свой день и падаю на лех&Ь". Первыя прочныя основашя своего паучнаго образовашя К о т л я р е в с к 1 й получилъ въ Московскомъ университетЬ подъ руководствомъ Буслаева, Бодянскаго и др. Но онъ не остановился на этомъ. Онъ пошелъ дальше и долгимъ и упорнымъ трудомъ достигъ глубокаго и многостороппяго знакомства съ европейской, преимущественно герман­ ской филологической наукой. Эта паука и была его высшей школой. Наибольшее вл1яше имъли на него труды великаго германскаго уче­ наго, автора Немецкой миеологш, Немецкой грамматики, Немецкихъ правовыхъ древностей. Портреты бр. Гриммъ висели въ его кабинете, сочинешя Я. Гримма были его настольными книгами. Онъ охотно называлъ себя ученикомъ, послЬдователемъ Гримма. „Мы стремились обработать, говорите онъ въ сочиненш о ба.тийскихъ славяпахъ, тес­ ный участокъ славянскаго юридическаго поля въ томъ смысля, въ какомъ—si liceat parva componere magnis—гешальный Яковъ Гриммъ создалъ свое здаше немецкой юридической древности". Богатство св&ВД&Ьшй К о т л я р е в с к а г о , его широкая образоваппость, его многосторонняя любознательность были истинно примеча­ тельны. Но тутъ-то и сказывалось вл1яше пройденной имъ высшей научной школы. Его отличала именно многосторонность, а не разбро­ санность научныхъ интересовъ. Недавно знаменитый Либрехтъ издалъ сборникъ своихъ изеледовашй о литературной и бытовой старине. Сборнике носить заглав1е: „Zur Volkskunde". Вотъ это несколько неоп­ ределенное назваше: Volkskunde всего лучше, кажется, можетъ обозна­ чить тотъ обширный отделе изучешй, которому съ особенной любовью