* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

. Ман Map «трезвенное» поп possumus всякому ду­ ху новизны, прогресса и пуще всего ли­ берализма въ драматическихъ сочинешяхъ. Кроме «трезвенности» и безпорочности, г- Маннъ лично стяжалъ себ* право судш надъ драматурпей еще темъ, что самъ написалъ нес­ колько шесъ, напр., «Паутина», которыя, конечно, были единодушно «одобрены къ представлешю > теат­ рал ьно-литературнымъ комитетомъ, въ полномъ его составе... Какой-же больше похвалы? М а н у х и н ъ —тоже, что Леухинъ (См. лит. Л.) и что MHorie, однородные ухины, укииы, евы и овы Никольской улицы въ Москве и Щукина двора въ Петер­ бурге, промышлявшие Фабрикащей и, сбытомъ книжнаго гнилья и мусора. МаркеВИЧЪ, Болеславъ,— штатный романистъ «Русскаго Вестника», при имени котораго стыдливые читатели морщатся, а читательницы—дамочки, мечтаюпця о поэтическомъ прелюбодеяши съ какимъ нибудь великосветскимъ Малекъ-Аделемъ въ гусарской Форме, сентиментально облизываются. Мастерски изображаетъ г. Маркевичъ салонный адюльтеръ—надо отдать ему справедливость и темъ особенно онъ милъ и удобенъ для своихъ благовоспитанныхъ читательницъ, что всегда въ своромныхъ повествовашихъ своихъ хранить постную мину Тартюфа и всегда умеетъ въ пору поставить заособенно темъ, что самъ авторъ ея, когда его приперли къ стене, долженъ былъ покаяться въ «Моск. Вед.», что въ ней ничего нетъ правдиваю, что, значить, онъ только художественно лгалъ. Покаяннз г. Маркевичъ принесъ темъ чистосердечнее, что ему пришлось въ этомъ случае виниться въ оклеветанш кое-кого изъ сильныхъ Mipa сего, передъ которыми онъ всегда падаль до ногъ. Тутъ въ вемъ сказался истый гоголевскай Осипъ—раболепствуюшдй передъ «господами»,превозносящей ихъ добродетели, благородство и элегант­ ность (чемъ отличаются все романы Болеслава Маркевича), и въ то-же время дерзаюпцй иногда согрубить имъ, до перваго пинка... Впрочемъ, получать пинки и ваяться г. Маркевичу не привыкать стать съ той поры, какъ онъ прослылъ въ beau nionde&e < падшимъ ангеломъ», а у простыхъ смертныхъ хапугой, изобдиченнымъ въ постыдной сделке съ г. Баймаковымъ во времи злосчастнаго арендовашя симъ последнимъ «С.-Петербургскихъ Ведо­ мостей»... Это бываетъ съ салонными идеалистами—жрецами будуарнаго ис­ кусства для искусства. МаркеВИЧЪ, М. А. —талантливая писательница, пршбревшая впервые громкую известность, подъ псевдонимомъ Марко Вовчокъ, своими теп­ лыми, поэтическими, хотя несколько сентиментальными разсказами,намалорусскомъ языке, изъ народной, кресть­ янской жизни временъ крепостнаго права. Разсказы эти, теперь забытые, при первомъ своемъ поивленш. когда симпатёя къ мужику и признанie въ немъ «подъ шубой овечьей души че­ ловечьей» были внове и переживали, свой медовый месяцъ. — разсказы г-жи Маркевичъ производили чрезвы­ чайное впечатление и читались съ упоен!емь, особенно молодежью. Потомъ, но 1 сгвнчивое многоточёе... О, Болеславъ Маркевичъ—большой моралистъ! Если | хотите, у него есть и «направление», но особенное—такъ сказать, эстетикополицейское, ибо никто, какъ онъ, не | умеетъ писать, въ легкой беллетри­ стической Форме, тате художественные I доносы и пасквили. Въ этомъ искус­ стве онъ достигъ апогея въ своей последней «правдивой исторш» («Чет­ верть века назадъ»), примечательной | I