* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

813 ПСИХОПАТОЛОГИЯ 814 и ее современный этап, можно только, поняв сущность и основу тех идеологий, своеобраз­ ным выражением которых она является. Само собой понятно, что своеобразие выражения со­ стоит в спецификации, в переводе указанной борьбы на психопатологический язык. Остро­ та этой борьбы от указанного не стихает. История П. есть по существу история пси­ хиатрии, данная в концентрированном ее ви­ де. Поскольку П. представляет теоретическую верхушку психиатрических знаний данной эпохи, постольку в ней только яснее обозна­ чаются основные тенденции развития этой ди­ сциплины и истоки их, лежащие в глубинах классовой борьбы на идеологическом фронте. Укажем лишь схематически, что новейший этап истории П. начинается со времен Гри­ зингера, Мейнерта, Вернике, отразивших в ос­ новном своем учении идеи французского ма­ териализма 18 века. Положение Гризингера о том, что «психические болезни суть болезни головного мозга», стало заповедью последую­ щих поколений и вплоть до торжества нозо­ логического направления господствовало без­ раздельно. Это не мешало, как это и свой­ ственно вульгарным материалистам, утвер­ ждать ряд идеалистических положений, осо­ бенной выразительности достигших в период исчерпания этим примитивным материализ­ мом самого себя. Мы имеем в виду уже эпи­ гонство в лице Клейста и его учеников, меха­ нистически сводящих всю психическую жизнь к субъективному выражению функциониро­ вания определенных неврологических систем и наряду с этим утверждавших позиции «глубинной личности» (см. Конституция, Лич­ ность).—Нозологическое направление в лице гениального мастера психиатрического иссле­ дования Крепелина и его школы дало толчок к так наз. конституционально - биологическому направлению, с одной стороны, и психологи­ ческому— с другой. Характерно, что здесь именно получили свое применение на специ­ фическом материале кантианские и неокан­ тианские идеи. Сошлемся хотя бы на самого Крепелина, который положил в основу учения о простой форме раннего слабоумия оценку этического поведения, тем самым подняв на клин, высоту учение Притчарда о моральном слабоумии. Этический изъян, к-рый является главенствующим в учении Крепелина о про­ стой форме раннего слабоумия, есть не что иное, как нарушение категорического импе­ ратива Канта, не что иное, как экскурс псхгхиатра в ту философскую систему, к а к а я над ним довлеет. Стоит отметить яшвучесть этой кантианской закваски в П.: уже на современ­ ном этапе она вновь воскресает под видом «анэтического симптомокомплекса», описанного Альбрехтом как остаточное явление после пе­ ренесенного энцефалита, б. ч. у детей. Особой выразительности кантианские и нео­ кантианские идеи достигают у Кречмера, Лан­ ге, Мауца. Здесь мы имеем налицо весь комплекс идеалистических утверждений, вплоть до не­ познаваемости сущности явлений, вплоть до сокрушения неполной, хотя и материалисти­ ческой в основе своей формулы Гризингера-Вернике. Кречмер и его школа утверждают, что психические болезни суть болезни не голов­ ного мозга, а всего организма. Эта формула имеет ходкое применение и у нас в СССР. В чем же собственно произошла замена и ка­ ково ее значение? Замена произошла в сто­ рону анализа «целого» и подчеркивания этой «целостности». Само собой разумеется, что организм как целое является носителем пси­ хической болезни, само собой разумеется, что не всегда первично пораягается мозг. Но смысл этой замены вовсе не в том, чтобы под­ черкнуть однобокость и узость утверждения Гризингера. Смысл в том,, что эта формула отвечала запросам эпохи значительно больше, что она раскрывала возможность рассмотре­ ния явлений в плане «панпсихизма». Отра­ ж а я по форме двдакение психопатологической мысли вперед, эта формула по существу за­ остряла внимание на приоритете «целостно­ сти», на главенствовании «глубинных» сил в динамике психоза, на оттирании ведущего звена—-центральной нервной системы. При этом следует иметь в виду, что решение целого ряда частных задач несомненно продвинулось вперед. Так, во всю ширь был поставлен во­ прос о конституции, о характере, темперамен­ те и взаимоотношении их особенностей с те­ чением психоза, о так наз. главных и добавоч­ ных симптомах в психозе (Блейлер). Период «мозговой мифологии» естественно суживал понимание картины психоза, зажав ее между внешним описанием отдельных симптомов и их будто непосредственной невро-физиологической базой. В этом направлении исправление формулы Гризингера-Вернике давало возмож­ ность шире проводить коррелятивные связи в разных направлениях. Главное же, что вы­ текало из такого понимания, это—расширение границ понимания психической б-ни, вклю­ чение сюда ряда переходных форм, понимание псих, болезни как своеобразной реакции всего организма на ряд «внутренних» и «внешних» неслаженностей, понимание наконец движе­ ния этой болезни в свете перестройки всего организма (обмен веществ, вегетативно-эндо­ кринная система, вскрытие лятентно лежащих предрасположений и т. д.). Но вместе с тем нельзя забывать, что при этом оттеснялась ведушая роль момента поражения или слабо­ сти головного мозга, как специфически опре­ деляющего псих, болезнь (в смысле б-ни всего организма), а это уже неизбежно вело на пози­ ции апелляции к панпсихизму, к таинствен­ ному «глубинному» в личности. Идя отсюда, уже нетрудно было притти к таким заключениям, к каким напр. пришел Кронфельд, полагавший, что схизофренический процесс лишь вскрывает лятентно таив­ шееся до болезни, присущее схизофренику особое миросозерцание, что аутизм—это свой­ ство человеческой натуры, а «царственные пи­ ры наедине с собой»—это истинная природа человека. Идя таким путем, легко было притти к заманчивым обобщениям Кречмера, психи­ атрически расчленившим все человечество, в том числе и его гениальные вариации, на схизотимов и циклотимов, указавшим на неис­ числимое количество нюансов между здоро­ вьем и болезнью и тем попытавшимся стереть всякие границы между здоровьем и б-нью. У Кречмера речь ведь идет только о количе­ ственном усилении тех или иных признаков, лежащих в характерологическом ряду, а не о качественном толчке, переводящем челове­ ка на рельсы патологии. Эта своеобразно при­ мененная в области П. тенденция к «целости ному» изучению, хотя и имеющая в ядре сво­ ем много ценного и правильного, по характеру развития и реализации этой тенденции при-