* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

36 ВВЕДЕНИЕ часто, как оказывается, содержат примеси железа, вследствие чего про­ исходит намагничение, вносящее ошибки в измерение. Э т о — „ с л у ч а й ­ ность", потому что на нее не рассчитывали и потому что эта „случай­ ность" есть помеха и, кроме того, в других образцах металла этой примеси нет. Н о допустим, что мы изучаем магнитные свойства этих веществ, тогда то же самое намагничение, которое только что явилось неприятной помехой в работе и притом „случайной", поскольку изуча­ емое явление могло протекать и без него, теперь, когда мы изучаем магнитные свойства вещества, является звеном в необходимой цепи Спрашивается, а чем объективно различается намагничение, допустим, совершенно одинаковое, в этих приведенных нами двух примерах, когда оно в первом случае было случайной и неприятной помехой, и во втором,-когда оно было желанным и необходимым результатом? И разве в этих обоих случаях намагничение не протекало по одним и тем же законам, разве и в случае, когда это намагничение было случайным, о н о не было строго необходимым следствием независимо от нашего созна­ ния существующих законов природы? Переходим теперь к вопросу о случайности, так как этот вопрос играет громадную роль в выяснении статистической закономерности. V . Случайность и необходимость. Говоря о случайности, обычно смешивают две вещи, придавая этому понятию то один, то другой смысл. Прежде всего, мы случайными назы­ ваем те явления, причины которых мы полностью не знаем ввиду их сложности, большого их числа и неясного для нас их сплетения. Кроме того, случайным мы называем то, что в данной изучаемой нами связи является несущественным. Тов. Гессен утверждает, что только теперь, при появлении на пер­ вом плане статистической закономерности в физике, стали различать между существенными и несущественными закономерностями, а что „динамическая закономерность не делает различия между существенными и несущественными закономерностями". Если бы это было так, то, стало быть, в очень недалеком прошлом не существовало вообще никаких физических исследований. В самом деле, ведь любое явление тысячами нитей связано с о всем окружающим миром. Когда мы хотим установить, найти какую-либо определенную закономерность, мы как р а з выделяем все наиболее существенное. (Это нам, как правило, гораздо легче уда­ ется в теории, чем на опыте.) Вот почему мы иногда так долго бьемся над тем, что опыт не дает нам того, что требует теория, или, как мы говорим, „опыт не удается". Все дело в том, что в этих случаях, как правило, мы не сумели устранить того, что нам казалось несуществен­ ным, и не заметили присутствия этого несущественного, а о н о , как оказалось, весьма с у щ е с т в е н н ы м о б р а з о м повлияло на результат. Это ведь азбука исследовательской работы, и никакого тут открытия ни Гейзенберг, ни Шрёдингер, ни их толкователи тт. Гессен и Максимов не сделали Теперь с легкой руки как деборинской школы, так и младодеборинской, вошло в обиход считать, что подобные, приведенные нами, при-