* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

34 ВВЕДЕНИЕ решены много лет назад. Другое дело, что мы сейчас, в особен­ ности пока еще в нашем воображении (так как опыты, о которых у нас шла речь, с освещением атома и милостью Шрёдингера „в б о з е почивающих" электронных орбит,—пока что только воображаемые опыты), не можем в этих процессах отделить измеряемое от измерителя. Н е забудем, что руководящие теории в этой области, как мы видели, умышленно построены так, чтобы исключить возможность ответа на поставленные вопросы. Наконец, разве мы можем ставить границы экспериментальному искус­ ству? Разве до тех п о р , пока Вильсон, Рутефорд, Перрен, Регенер и др. не показали нам действие отдельных атомов, атом не считался принципиально ненаблюдаемым? Разве не считали мы, что предел раз­ решающей способности микроскопа и телескопа обусловлен длиной волны ультрафиолетового света? И в относительном смысле этот предел существует и сейчас, т. е. именно в том смысле, что э т и м методом действительно нельзя увеличить разрешающую способность оптического прибора. Н о в 1920 г. Майкельсон присоединил к телескопу интерфе­ рометр, и разрешающая &способность этого нового сложного инструмента перешагнула, шутя, за все эти пределы. Тов. Гессен не решается считать ип иидетерминированности (неопределенности) абсолютной грани­ цей познания, но все-таки рассматривает его « к а к п р е д е л , до к о т о р о г о в н а с т о я щ е е в р е м я п о з н а н а м а т е р и я " . Мы же продолжаем думать на основании фактов, что этот „принцип" есть несовершенство, изъян, в общем, стройной математической теории, кото* рый получился благодаря руководившей ее авторами махистской философии^ стремящейся вычеркнуть из теории „материалистическую мета­ физику". Принцип .иидетерминированности* (или неопределенности) есть не предел, до которого в настоящее время познана материя, а есть искус­ ственная преграда, поставленная антинаучной методологией для того, чтобы задержать развитие атомной физики, выключив из нее ряд очередных вопросов. Э т о — н е что иное, как добровольная капитуляция перед стоя­ щими на пути трудностями. В этом отношении на правильной позиции стоит т. Ю . Шейн в статье „Метафизика физики" (в № 2 „Проблемы марксизма", стр. 1 0 0 — 1 0 1 ) . Более того, т. Гессен только слегка поправляет физиков, собравшихся в поход против детерминизма. „Случайность, — говорит он, — есть анти­ теза не причинности, а необходимости", а потому, мол, А . Гааз неправ, когда он говорит о недетерминированности — случайности в теории квант света . Беда заключается только в том, что для материалиста-диалектика причинность, необходимость и закономерность — синонимы! В самом деле, вот что мы читаем у Ленина: „Что касается Энгельса, то ему не при­ ходилось, если я не ошибаюсь, специально по вопросу о причинности противопоставлять свою материалистическую точку зрения иным напра­ влениям. В этом для него не было надобности, раз он по более корен­ ному вопросу о б объективной реальности внешнего мира вообще отме1 * А. Гааз. Волны материи, 1930 г. Предисловие т. Гессена, стр. XIX