* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки
подвига
1505
подвига
влялъ художникамъ не малую после такихъ действК (человеческой природы) находили поводъ подобнымъ прибыль). образомъ пустословить, то чего не на Ефес. 49 28 дл ймлть ПОсказали бы, если бы сихъ действий ДААТИ (ftexaStSovai) трсвУющслУ не было? И такъ желаше, чтобы чаша (чтобъ было изъ чего удалять пронесена была мимо, принадлежвтъ человеческому естеству, а вскоре (за нуждающемуся). П б Д Ё И Г Ъ (ijwia, angor, темъ сказанный) слова: однако не печаль, тоска, огорчете, ду МОА ВОЛА, но ткоА- дд вздета показываютъ. что и мы должны иметь шевное мучеше; р»х*ос, eerum- такое же расположеше и также мудр па, горесть, б*дств1е, много- ствовать, подчиняться воле Boatiefl, и трудность; dtyu>v, certamen, сра- не уклоняться, хотя бы наша природа жеше, бой^подвигъ, рвеше)— влекла въ противную сторону. Не подвигъ, поприще; бореи ie• МОА человеческая ВОДА дд вздета, но ТВОА, и эта твоя не отделена изнуреше, работа. отъ моей Божеской воли. Единый Хри Слово подвига, однажды встре
чающееся у апостола - и евангелиста Луки, икеетъ особенную силу и зна чение по отношетю къ догмату о человеческою естестве 1исуса Христа. О семь Оеофилактъ Болгаршй говорить следующее: «Господь восходить на гору масличную, чтобы помолиться. Онъ любилъ это делать наедине, посему отлучается отъ учениковъ. Впрочеиъ, Онъ берегъ съ собою учениковъ, во не всехъ, а только т*хъ троихъ, кои видели славу Его на горе (Лук. IX, 28). Поелику Онъ находится въ боренш и молится, то, дабы cie не показалось иризнадогь боязни, Онъ берегъ техъ, кои сами видели Бо жескую славу Его и сами слышали свидетельство съ неба, дабы, видя Его въ борете, сочли это дЬломъ человеческой природы. Ибо для уверешя, что Онъ быль во-истину человекъ, Онъ желаетъ пожить и молится о мимонесенш чаши, ибо человекъ животолюбивъ; и чрезъ то ниспровергаетъ ереси, по словамъ воихъ Онъ вочеловечился призрачно. Ибо если и
1
стосъ, имея два естества, имелъ, безъ сомненЫ, и волю или желатя каждаго естества, Божескаго и человйчесваго. йтакъ человеческое естество сначала желало жить,—ибо это ему свойственно, а потомъ, следуя Боже ской воле, чтобы все люди спаслись, воле, общей Отцу и Сыну и Святому Духу, решилось на смерть, и такииъ образомъ одно стало желаше—спаси тельная смерть. Что молитва была отъ человеч^скаго естества, по допу щение, вмевшаго общее всемъ при страсти къ жизни, а не отъ Боже ства, какъ говорить проклятые Apiaне, это видно изъ того, что 1исусъ быль въ поту и такомъ боренш, что, какъ говорить прислов1е, съ Него падали капли крови. Ибо о техъ, кои сильно трудятся, обыкновенно гово рить, что они потеютъ кровью, подобно какъ и о техъ, кои горько сетуютъ, го ворить, что они цлачутъ кровью. Cie-то желая показать именно, что съ Него текла не какая-нибудь тонкая и какъбы для видимости показывающаяся
95
СПРАВОЧНЫЙ И ОБЪЯСНИТЕЛЬНЫЙ СЛО
Р к ъ НОВОМУ ЗАВ**»** Ь