* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

КОРЖИНСКИЙ ун-та (КУ), в к-ром окончил курс в /555 кан­ дидатом, по представлении диссертации «Предварительный отчет о бот. экскурсии в долину р . Волги». Ботаникой начал интересоваться с гимназических лет, уси­ ленно экскурсируя в окрестностях Астра­ хани. По окончании КУ К. был оставлен при кафедре географии для подготовки к профессорскому званию. В 1887 защитил в КУ диссертацию «Материалы к геогра­ фии, морфологии и биологии A Idrovanaia vesiculosa* на степень магистра бота­ ники и стал приват-доцентом (читал курсы систематики и бот. географий). В маги­ стерской диссертации сообщены интерес­ ные сведения о географическом распростра­ нении и экологии упомянутого растения, принимаемого за реликт. В 1888 К. защи­ тил в КУ диссертацию «Северная граница черноземной полосы Европейской России» на степень доктора ботаники. В 1888— 1892 был профессором ботаники вновь от­ крытого Томского ун-та. В 1892 К. пере­ селился в Петербург, где был (до 1899) главным ботаником Бот. сада, адъюнктом (с 1893), затем экстраординарным (с 1896) академиком Российской АН и директором Бот. музея последней, а т а к ж е профессо­ ром (с 1898) Высших женских (Бестужев­ ских) курсов. Кроме работ по восточной части Европейской России ( К а з а н с к а я , Уфимская и другие губернии), совершил следующие бот. экспедиции: 1890—Семи­ палатинская и Семиреченская обл.; 1891— Амурская обл.; 1893—Полесье; 1894— Оренбургская губ.; 1895—Закаспийская обл., Фергана, Алай; 1897—Дарваз, Poшан, Шугнан, Памир; 1898—1899—Крым; 1900—Астраханская губ. и Уральская обл. В 1899 был в научной командировке за границей. Собранные К. в этих путешест­ виях богатые бот. коллекции (за исключе­ нием коллекции с востока Европейской России, к-рые находились в КУ) хранятся в гербарии Бот. ин-та АН СССР.—К.— один из виднейших русских систематиков и ботанико-географов. Оригинальному син­ тезирующему уму К. русская систематика и бот. география обязаны многими круп­ ными обобщениями и направлениями. Он является основателем Казанской школы ботаников (иначе называемой школой Коржинского — Гордягина). К — один из основоположников географо-морфологического метода в систематике растений и автор понятия «раса» у растений. Н е о б ­ х о д и м о п о д ч е р к н у т ь , что фор­ мулировка понятия «расы» и введение в науку г е о г р а ф ом о р ф о л о г и ч е с к о г о м е т о д а сде­ л а н ы К. ъ 18 9 2 («Флора Востока Евро­ пейской России в ее систематических и географических отношениях») ранее Р . В е т т ш т е й н а (1898) и незави­ симо от него. К. рассматривал флору с динамической точки зрения: «Флора каждой страны есть нечто живое, нечто находящееся в вечном движении, подверженное непрерывным, постоянным превращениям, имеющее свою историю, свое прошедшее и будущее». К. оттенил важное значение географического распро­ странения, как критерия для суждения о систематическом достоинстве формы; по К., все формы, к-рые при обладании извест­ ными морфологическими отличиями, имеют особый ареал, суть самостоятельные расы Cproles), истинные систематические и гео­ графические единицы. Видами К. называет: «расы, вполне сформированные, с вымер­ шими промежуточными формами, не сме­ шивающиеся между собой на площади их общего обитания, хотя и могущие образо­ вать спорадически встречающиеся гибрид­ ные формы». Как флорист-систематик, на вышеприведенных теоретических основах К. изучал флоры восточной части Евро­ пейской России (обобщающий труд «Tentamen Florae Rossiae orientalis», 1898, охватывающий 1567 видов), Амурской обл., Средней Азии; специально занимался ро­ дами Adenophora, Krascheninninovia, Cam­ panuta, Jurinea и др. К. принадлежат идея создания новой «Флоры России» (К. наме­ чал издание флоры по областям) и начало выпуска «Критического гербария русской флоры». — В области бот. географии К. уделил много внимания актуальному воп­ росу взаимоотношения степи и леса (см. докторскую диссертацию). По К., северная граница черноземной полосы и «распреде­ ление леса и степи в лесостепной полосе» не зависит непосредственно ни от климата, ни от топографического характера мест­ ности, ни от природы и свойств субстрата, но только от условий и хода взаимной борь­ бы за существование между лесом истепью». Такое воззрение в данное время является, как доказано, абсолютно неправильным. Лесная формация, как более сильная, по К., обыкновенно побеждает, и поэтому происхо­ дит надвигание леса на степь. Взгляд этот многими оспаривался (ср. Крылов П. #.). Важное значение имеет статья К. «Следы древней растительности на Урале» (1894), в к-рой К- констатировал: 1) наличие на Урале ряда видов с изолированными ареа­ лами, указывающих на их реликтовый характер; 2) наличие широколиственных лесов, сходных с лесами Средней Европы и К а в к а з а , рассматриваемых как реликто­ вые. — Прекрасное бот.-географическое описание Средней Азии дано в «Очерках растительности Туркестана» (1896); в этой работе впервые выяснен реликтовый характер лиственных, гл. обр. ореховых, лесов Ферганы; первый раз в русской и мировой литературе акцентировано вни­ мание на растительный покров как на про­ изводительную силу, разобран системати­ ческий состав и географическое распростра­ нение культурных растений, К. при­ надлежит также ценная бот.-географиче­ с к а я сводка о растительности России — 344 —