* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

Пер — Пер — 209 — Пер — Пер OF ifl иэвъстш о нескольких^ персидскихъ поэт а х ъ , подъ эаглав^емъ: '«о п е в ч и х е птицахъ р е ч и и о попуганхъ поэзш». Самый мпети­ циям ъ получилъ у Джаии больше объектиовости и превратился въ более спокойное самосознаше. Джами предпринимаете писать историю этого таинственного направлешя, НеФхатолъ-инъ , — duxanie человъчества. Тутъ авторъ излагаете рядъ 6iorpa<*ifi энамен и т е й ш и х ъ шейховъ СОФИ, которымъ предшествуетъ вводное разеуждеше о раэныхъ степеняхъ созерцательной ж и з н и , о в н е ш н е м е и внутреннеме усовершенш поэнашя и соэерцашя. Это разеуждеше представляете ос­ новный черты учешн СоФ1евъ и рисуете намъ картину раэныхъ разрядовъ этихъ избранииковъ. Оно очень важно для ураэумешн всего восточнаго духовнаго р а з в и т 1 Я , въ особенно­ сти же персидской литературы. Въ немъ вид­ но, какъ мистика могла сделаться народнымъ элементомъ и какъ выразилась въ оригипальныхъ Формахъ народной ж и з н и , - Извлечете иэъ этого творешя можно читать у Гаммера въ помянутомъ сочинешй, г д е находятся так­ же переводы иэе прочихъ произведен^ Джами, особенно иэъ его Дивана и поэмы ЮсуФЪ и Зюлейка.—i7/e5w(Chezy) иэдалъ француземй, а Гартманъ (1807, Лейпцигъ) немецкий пере­ воды Лейлы и Мечнуна (См. Medjnotra et Lei­ la, р о е т е tradoit da Persan de Dschami, par A. L . Chezy, Париже, 1805)—Весьма известное на востоке творение Джами его Письмовникъ, заключающей образцы для писашя писемъ. Вообще замечательно , что в е последую­ щая эпохи персидской литературы искус­ ство писашя писемъ становилось больше и больше самобытнымъ элементомъ литературы, сопровождавшим^ обыкновенно, поэтическое дарован!е. Но наибольшее эначеше, со време­ ни упадка поэзш въ Персш, пршбрела истор10?раФ1Л, и м е ю щ а я у этого народа чрезвы­ чайно богатую литературу. Истор10граф1я эта или всеобщая, потому-что излагаете общую историю мухамеданскихъ на родовъ или зани­ мается въ частности и с т о р 1 е й отдельныхъ династ!й, властвовавшихъ въ Персш и въ Индш. Кроме летописей и л е т о п и с н ы х е сборникове, которыхъ множество и между которыми осо­ бенно отличается художественно-изложенная летопись ВасаФа:', 1533 г . , заключающая и сто pi ю потомкове Чингисхана , эаметинъ преимущественно большую всеобщую исторйо Мирхонда (около 1520 г). Раузетъ-эсаФа, т. е. Нива правдивости. Въ Гермаши она и з в е с т ­ на чрезъ Вилькена • который иэдалъ некото рыя части ея, какъ-то: Geschichte der Samaniч den (Геттингенъ, 1810); Geschichte der Ghaznaviden (Берлйнъ, 1833 )-, Geschichte der Seldschukiden (Берлйнъ, 1836). He смотря ни все богатство Ф о р м ъ , которыя персидская поэзия выработала въ себе се такой легкостью, она не и м е е т е только одной драматической Формы. Замечательно, ч т о она не могла усво­ ить себе эту Форму. Внутреншя причины т а ­ кого недостатка и м е ю т ъ важный смыслъ:они всего р е ш и т е л ь н е е характеризуйте настояний фундаменте, на которомъ воздвиглось'все ду­ ховное образоваше и вся литература этого на­ рода. Восточное правлеше Персш, указывав­ шее границы духовной жизни этого народа, не допускало и не могло допустить драмы, потому, что эта Форма поэзш требуете въ о с ­ нование себе чисто самостоятельнаго раэвпт1н умственной жизни. Это весьма важное обстоя­ тельство, которое здесь находимъ непосред­ ственно какъ Ф а к т е самой исторш литературы и которое заключаотъ въ себе одно и э е эначит е л ь н е й ш н х е ученш. Драма, поэтичесшй сим­ воле разумной самостоятельности, и м е ю щ а я свой жизненный нервъ въ индивидуальности и въ д.ъйств!?/, не возникла еще въ Персш. Укрепись, благодаря Фирдусщ древней народ­ ной героической поэмой, персидская поээ1Я не можетъ перешагнуть отъ эпоса въ драмъ, какъ то видимъ въ Грецш, при нормальномъ воз­ р а с т а л и литературы. Напротивъ, въ Персш поээ1я погружается въ грезы и пары лирики, которая обольстительной музой наслаждешя приводитъ соэнаше народа въ наркотиче­ ское о п ь я н е ш е , потому, что усыпляете въ стра­ сти минутнаго удовольств1я в с е вообще тре­ бования действительности жизни, которыя в е драме становятся поээ1еЙ д е й с т в 1 Я . Тоже направлеше, устраняющееся о т е Фа'ктическаго раэумежя действительности, радостно и скорбно сплетаете свою и с т о р 1 ю въ романтическомъ эпосЪь А чтобы предупредить раз­ дробленно существовали его во в с е элементы в н е ш н о с т и , является таинственность и ста­ рается вообще привязать жизнь къ глубоковнутреннему незримому Mipy сознанш. ЧреЗъ это она становится необходимымъ народнымъ элементомъ и, т а к ъ сказать, занимаете въ Пер­ сш роль драмы. Въ новейшее время, в е Персш, появился родъдраматичеснихъ представлешй, но ихъ нельзя назвать действительными дра­ мами. Это просто публичные Фарсы, то весеjaro, то печальнаго содержания,которые дают­ ся для забавы народа при иэвестиыхъ слу­ чаяхъ и, по ббльшой части, импровизируются жонглерами. Персидсклй эаливъ. Почти в о е гавани Пер- Т. IX. 14