* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

65 КРАЛЕВЕЦА—КРАЛЕДВОРСКАЯ РУКОПИСЬ 66 у р. Радзейовская—польская писательница (1813— 1882), много летъ завъ'дывала женскимъ панс1ономъ въ Варшавё. Повести и разсказы 1г., предназна­ ченные для д е т с к а я и юношескаго возраста, вы­ держивали по нескольку изданы и переводились на друпе языки. Главныя произведены: «Pamietniki mlodej sieroty» (5-е изд., 1895); «Powiesci starego w?drowca» (1839); «Kozmowy matki z dziedmi* (1841); «Niespodzianka» (сборннкъ повестей, 5-е изд. 1869); «Wieczory domowe* (2-е изд., 1868); «Obrazy i obrazki» (1848); «Proza i poezja polska, wybrana i zastosowana do uzytku mlodziezy zeriskiej* (1860); «Wspomnienia wygnankb (6-е изд., 1894); «Nowa ksiq-zka do nabozenstwa dla Polek». К р а л е в и ц а (Kraljevica) или Порто-Реморскан пристань п рынокъ въ Хорваты (Венгр1я), при входе въ бухту Буккари; верфь, значительное ры­ боловство, шелководство. К р а л е д в о р с к а я р у к о п и с ь — наиболее важная и обширная изъ поддЬлокъ памятниковъ древне-чешской литературы, ставшихъ известными иъ конце 10-хъ гг. X I X в. Назваше К. дано руко­ писи по месту ея находки, въ гор. Кралевомъ Дворе (Kralove Dvur): во время увеселительной прогулки, за чердаке церковной колокольни Ганка заметилъ 12 пергаменныхъ лнстковъ малаго формата въ груде брошеннаго туда за ненадобностью книжнаго хлама, здесь нее сталъ читать участникамъ прогулки звучные стихи п затемъ увезъ ихъ въ Прагу по «jus primi occupautis*. Главпое содерлсаше рукописи—шесть пебольшихъ поэмъ изъ древнейшей исторы чешскаго народа, съ мощной лоэтизащей прошлаго, языческаго и геропческаго, съ оппсашемъ-жертвопрнношешй славянскимъ богамъ-дспасамъ» и рыцарскихъ турнпровъ, съ воспомннашями о славномъ певце Люмпре, который своимъ п 4 т е м ъ двигалъ могучимъ Вышеградомъ, о вождяхъ Забое и Славой, освободпвшнхъ родину отъ власти чужеземнаго ко­ роля, о поражены луцкаго князя Властпслава воево­ дой Честмиромъ, объ изгнаны изъ Праги Болеслава Храбраго п освобождены чеховъ отъ п о л ь с к а я владычества, о поражены вторгшихся въ 4exiro немцевъ (саксовъ), о победе Ярослава Штернбергскаго надъ татарами и освобождены Моравы п т . д . ДревнеГпшя пзъ этпхъ событы молено было отно­ сить чуть не къ первой половипе V I I I в., поздней­ шая—къ 1241 г. Къ языческой эпохе относятся п такъ назыв. «лироэппческы» песни К. рукописи, какъ «Олень» п «Збигонь», и лприческля, какъ «Венокъ», «Ягоды», «Роза», «Кукушка», «Жаворонокъ», «Сирота». Величавая грубость эротическихъ мотивовъ, сильный душевпыя переживашл героевъ, переходы отъ безысходной тоски къ жизне­ радостности, простота художественныхъ образовъ и непосредственность пенхологическихъ моментом» въ последнемъ отделе песенъ указывали на принадлеж­ ность ихъ к ъ т е м ъ же эпохамъ, когда возникли песни Оссзана, песни о Роланде, циклъ Кольца Нибелунговъ, «Слово о полку Игореве», русскы былины и памятники древнейшей славянской устной лирики. Именно этого недоставало до того времени въ исторш старой чешской литературы, богатой только съ X I I I в. После «открытлл» К. рукописи чехи, въ защитё свопхъ нащонально-историчеекпхъ правъ, обладали гораздо бблыпнмъ матер1аломъ, чемъ друпе пароды Европы. К. рукопись вскоре издана была Ганкой съ немецкимъ переводомъ Свободы (Прага, .1819). Она имела громадное значеше въ исторы чешскаго возрождешя, хотя очень скоро возбудила основательныя сомнешл. Почти всегда находились талантливые защитники ея подлинности, только въ паши дни, послъ тщателънаго палеографическая Попын Эицпклопсддчсакш Слоиарь, т. XXIII. анализа, окончательно и безповоротно она признана подложной, и едва ли споръ о ней снова можетъ возникнуть въ научной литературе. Истор1я этого спора, всколыхнувшая лучппя силы славистики, должна изучаться въ связи съ аналогичной пстоpieil другихъ памятниковъ, появившихся около времени опубликовашя песенъ К. рукописи. Въ 1816 г. Линда нашелъ на пергаменномъ переплете «Песнь подъ Вышеградомъ»; въ 1818 г., на при­ глашено Коловрата Лпбштейнскаго собирать и доставлять древнее памятники чешской литературы, неизвестное лицо прислало въ пражешй магистратъ Зеленогорскую рукопись (съ «Судомъ Любуши»); въ 1819 г. Ганка нашелъ на переплете «Любовную песню Вацлава I», при чемъ остальные листки отрывка вдругъ, прп порыве ветра, улетбли въ окно; въ 1827 г. появились «древнейпия» глоссы въ с Mater Verborura»; въ 1828 г. Ганка же открылъ на переплете Згорельс1пе (евангельеше) от­ рывки будто бы X в.; наконецъ, въ 1848 г. подъ швомъ переплета тотъ лее Ганка прочиталъ «Про­ рочество Любуши». Первыми защитниками главныхъ поддел о къ были Копитаръ (1819, недолго), Шишковъ (1820), Юнгманнъ (1822), Пухмайеръ, исправнвшШ «ошибки» въ тексте отрывковъ и со­ общивши ихъ Добровскому, Палацюй, стремивппйся въ ряде статей точнее определить эпоху отдельныхъ эпизодовъ К. рукописи. Первымъ противннкомъ ея оказался лучшлй лингвнетъ того вре­ мени, I . Добровсшй, напечатавший статью «Литера­ турные обманы» (1824). Но обаяше о т к р ь т п было велико. Юнгманнъ отыскивастъ въ обёихъ рукописяхъ сходство съ польскими и сообщаетъ объ этомъ Ганке; на основаны рукописей Раковещий пишетъ о сослов1лхъ у славянъ (въ изелёдовашп « P r a w d a Kuska»); Свобода отвечаетъ Добровскому, который решился на обличеше, не вндавъ руко­ писей, следовательно, самъ онъ и фальсификаторъ ихъ. Добровскы выступаетъ съ вескими доказатель­ ствами подделки: 1) правописаше К. и Зеленогорской рукописен основано на его «lnstitutiones>; 2) ВЪ ЯЭЫКе ИХЪ СЛИШКОМЪ МНОГО РУССКИХЪ II ИПЫХ'Ь славянскихъ словъ, проиэводлщпхъ впечатлешо какой-то междуславянской мешанины; 3) пъ эпоху событШ, опнеанныхъ въ К. рукописи, но было ни Вышеграда, ни К а м е н н а я моста и т. д. Вскоре п Копитаръ выражаетъ coMirLnio, предлагал оиросъ свидетелей ннходокъ, пока они ощо живы. Первымъ серьезнымъ обосновашемъ подлинности должно было слулшть палеографическое опнсаше руко­ писей, съ указашемъ нсточннковъ и параллелей, въ коллективной работе Ш а ф а р и к а и Палацкаго «.Die altesten Denkmillei* der blibm. Sprache* (1810), о которой Прейсъ подробно сообщаетъ въ своомъ отчете министерству н а р о д н а я просвещешя. ЗагЬмъ лучшее издаше выпускаетъ Яр. Калина (1845); Небесшй печатаетъ серьезное изелйдоваше о мет­ рике и археологлческихъ данныхъ спорпыхъ па­ мятниковъ (1852—53); Палащий определлетъ следы творчества несколькпхъ поэтовъ К. рукописи и даетъ аналпзъ почерковъ ея (1857); въ четырехъ статьяхъ Гаттала защнщаетъ подлинность Зелепогорской рукописи со стороны языка (1860); Вртлтко приготовляетъ фотографическое издаше (1862), I . и Г. Иречки даютъ подробный обзоръ данныхъ юридическихъ древностей, миеологы, языка, палеографическихъ чертъ, метрики п т. д., определпвъ сходство съ немецкими и сербо-русскими фактами не какъ подражаше, а какъ параллели (1862), Въ рядё ученыхъ работъ Куникъ, Срезневский, Ганушъ, Яекрасовъ, Аоанасьевъ, Буслаевъ, Котллревсшй, Гпльфердингъ, Аксаковъ и др. широко ПОЛЬЗУЮТСЯ 3