* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

459 ГАЛИЩЯ 460 во это были единицы, и притомъ, по духу своего монашескаго образования, они былп чужды просто­ народью. Низшее духовенство къ концу X V I I I в-Ька дошло до крайней степени невежества. Епископы за плату посвящали въ священники людей еле гра-* мотныхъ. Съ ними шляхта обращалась подчасъ даже хуже, ч^мъ съ крепостными. Таково было положе­ ше въ первое время после присоединена Г. къ Австрии. Социальный гнетъ осложнялся къ тому ре­ липозной рознью. Г. была страной исключительно сельско-хозяйственной, и по преимуществу крупнаго земелъяаго хозяйства; помещиками въ Г. были почти исключительно поляки (или совершенно ополяченные русины)—католики, а зависевшее отъ нихъ крестьянство было польскимъ въ западной и русинскнмъ въ восточной Г. Русины были уша­ тами; ушатское духовенство было, за редкими исключениями, на стороне польской шляхты. Б а р ­ щина, которую должны были отбывать крестьяне на помещичьихъ земляхъ, въ Г. была тяжелее,' чемъ где бы то ни было въ Австрш. Въ культурномъ отношенш Г. была самою отста­ лою землею Австрп"п, а въ ней забитые русины, почти поголовно безграмотные,—наиболее отсталой народностью. Книгъ, даже азбукъ на русинскомъ языкё почти не печаталось. Въ двадцатыхъ-трид­ цатыхъ годахъ общеславянское возрождение охва­ тило и Г., но, главнымъ образомъ, поллковъ; ихъ национальное движений приняло аристократический, шляхетешй характеръ. Позднее, въ сороисовыхъ го­ дахъ, возникло и русинское интеллигентское двилсевие, во гораздо более слабое. Образовывались кружки, задачею которыхъ было идти въ народъ п нести въ него знаше и национальное, чувство; протсстъ противъ сощальнаго угнетешя крестьянъ выливался у русинской интеллигенции въ нацио­ нальное, антипольское чувство; стремление къ ополячешю края встречало въ ней решительнаго врага; даже совсемъ чуждый ей немецкий языкъ она предпо­ читала языку польскому, грозившему денационалпзировашемъ русиновъ. По отношенш къ венскому пра­ вительству русинская интеллигенция (какъ и иллирий­ ская) занимала строго лояльную позищно, иногда обна­ руживал настоящей сервилпзмъ. Это не мешало пра­ вительству преследовать русинское, какъ и всякое другое нащональное д в и ж е т е того времени, запре­ щать кружки, преследовать книги на языке руси­ новъ. Въ 1846 г. въ Кракове началось польское возстание противъ австрийской власти; вожди его разечитывали, что оно распространится на всю Г. и Польшу. Чтобы предупредить это, австрпЧсшл пласти въ Г. (наместнпкомъ которой былъ въ то время графъ Стадионъ) натравили ифестьянъ на поме­ щиковъ; произошла резня, которая сделала невозмояшымъ национальное польское возстание. В ъ т о ж е время Poccin и П р у ш л поручили Австрш умиро­ творение Кракова, после чего этотъ последшй присоединенъ былъ къ ней въ качестве великаго гер­ цогства Краисовскаго. Въ апреле 1848 г. общая рево­ люция готова была распространиться и на Г., но графъ Стадюнъ предупредилъ ее очень ловкимъ шагомъ: императорскимъ декретомъ 18апреля 1848 г. барщина была объявлена отмененной, съ денелшымъ вознаграждешемъ помещиковъ изъ средствъ государственнаго казначейства. Такимъ образомъ крепостное право въ Г. прекратилось на несколько месяцевъ раньше, чемъ въ остальной Австрии (7 сентября). Эта, хотя и явно вынужденная мера должна была создать въ крестьянстве прочную опору для пра­ вительства противъ национально - революцйонныхъ стремлени'й польской аристократш и на долгое время достигла своей цели, въ особенности по отно­ ш е н ш къ вост. Г. 2 мая 1848 г. была въ Лемберге основана «Головна русска рада» (русины Г. наэываютъ себя русскими, свой языисъ, въ действительности малоросснйсши,—русскимъ), пер¬ вый значительный и открытый политически союзъ русиновъ; з а нею последовали друпя рады. Воз­ никла значительная книжная и брошюрочная ли­ тература на малороссийскомъ языке, посвященная нащональному и другимъ вопросамъ. Головна рада послала своихъ делегатовъ на пражсюЙ общеславянсшй съездъ (iioHb, 1848). Въ 1849 г. Буковина выде­ лена изъ Г. въ особую коронную землю, а Краковъ вислюченъ въ Г. Правительство сочло нужнымъ сде­ лать некоторый уступки полякамъ и назначило наместникомъг. сперва поляиса Залессисаго (1848—49), потомъ Голуховскаго (1849—59, вновь 1866—68 и еще разъ 1871—75). Подавлеше революции нанесло ударъ полякамъ, но было встречено сочувственно русинами; Головна рада даже благодарила кн. Шварценберга за возстановлеше порядка. Тёмъ не менее, нейтралистская реакция Б а х а (см. Австрия, I , 278, п Бахъ, V , 469), расправлялась съ русинами даже еще резче, чемъ съ поляками. Задавить ни ноляковъ, ни русиновъ ей не удалось; нащональное движеше продолжалось и у техъ, н у другихъ. Голуховешй, не отказываясь проводить цонтрализаторскую и антинациональную политику правительства, по возможности смягчалъ ее, искусно подготовляя соглашеше между венскимъ правнтельствомъ и поляисами. Напротивъ, въ сознаше русиновъ входить убеждение, что разечитьпвать на правительство имъ нетъ основашй. Въ 1861 г., при введенш консти­ туции въ Австрии, Г. толсе получаетъ самоуправлеше, но избирательная система, основанная на курияхъ, и искусственное распределеше округовъ благо­ приятствуют^ въ нащональномъ отношении полякамъ; русины въ ландтаге хотя и представлены, но и далеко не пропорционально своей численности въ крае. Въ течеше шестндселтыхъ годовъ поляки до­ бились весьма значнтельныхъ уступокъ свонмъ нащональнымъ требованиями язьикомъ учебныхъ за­ ведений сделанъпольешй; въ 1869 г. минпстерскимъ распоряжешемъ польский языкъ введенъ въ суды и во все присутственный места. Въ томъ же году галищйсшй ландтагъ обратился къ императору съ адресомъ, въ которомъ было выставлено польское нащональное требоваше: значительное расширение aBTOHOMin Г., которое приблизило бы ел положение исъ положешго Венгрш. Идти такъ далеисо ни одно aBCTpificKoe министерство не могло, и, въ исонце концовъ, поляки должны были примириться съ этимъ. Наместниками Г. были исключительно польсисие аристократы и консерваторы: въ 1888—95 гг.— гр. Бадени ( I V , 634), потомъ Сангушко, гр. Андр. Потоцшй, съ 1908 гг. — Бобжинский ( V I , 944); въ ландтаге господствовали они. Однаисо, съ семидесятыхъ годовъ русинское двилсеше начинаетъ развиваться все съ большею интенсивностьио. Ру­ сины делятся на мосисалефиловъ. ищущихъ опоры въ руссисомъ правительстве, стремящихся сблизить русиновъ съ великоруссами (Наумовичъ и др.), и уисраинофиловъ или хлопофнлопъ, сблилсатощпхъ русинсисое движение съ уисраинсисимъ въ Poccin. Оба течешя враждебны какъ центральному aBcrpifiскому правительству, такъ я местному польскому; второе получаетъ опору въ народныхъ массахъ. Въ восьмндесятыхъ годахъ, уисрайнофильское движете распадается на две группы: более умеренныхъ, склонныхъ ко всякимъ соглашешямъ, старорусиновъ (Романчуисъ) н младоруспновъплп радписаловъ (Павлиисъ, Франко), являющихся уже'вполпе демократами и ра­ дикалами. Понемногу полякамъ приходится идти на