* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

889 Бълинск1й 890 тературъ и псисусстве, обозначающихъ собою вовую социальную эпоху его мировоззревия. Перейдя къ реализму, Б. отказался отъ своихъ былыхъ взгля­ довъ на искусство; теперь онъ выскаэываетъ тотъ взглядъ, что искусство должно быть тъсно связано съ общественностью, какъ съ почвой всякой дей­ ствительности. Въ этой стать* Б. окончательно порываетъ съ прежней своей идеей о красот*, какъ единой ц*ли искусства: такое понимание, говорить В., есть необходимый моментъ поннмашл искусства, по его надо миновать для того, чтобы им*ть воз­ можность идти дальше; кром* исрасоты, какъ формы, необходимо еще «нечто» въ искусств*, и это «нечто» есть мысль, идея и содержаний, нензб*жно вырастаю­ щий ва общественной почв*. Съ этой статьи нача­ лось возвращений Б. къ строгой историко-иеритической точис* зрешя на почв* сощальности. Съ этой точки 3p*uuifl Б. годомъ поздн*е пишетъ больший статьи о Державин*, который, по его мысли, явля­ лись непосредствеинымъ введешемъ исъ болыпимъ и давно задумапнымъ имъ статьяыъ о поэзш Пушкина. Въ Державин* Б. видптъ непосредственнаго пред­ шественника Жуковскаго н Батюшкова, исоторые, въ свою очередь, были непосредственными предшествен­ никами Пушкина. Статьей о Державин* Б. нечерпалъ почти все, что было съ т*хъ поръ высказано объ этомъ поэтъ; критическая оц*нка поэзией Дер­ жавина сд*лана Б. исчерпывающая. Державивъ, какъ поэтъ русскаго вельможества Екатерининской эпохп. и Державинъ, каисъ поэтъ наивная эпику­ реизма ui страха смерти—вотъ нсторпко-сощологическая и эстетико-фнлософская оц*нка, проведениая Б . въ днухъ большихъ статьяхъ о Державнии*. Съ этого же года Б. началъ писать своп зам*чательныя статьи о Пушкин*, затянувшийся на несколько л*тъ. Кроме нихъ, исъ эпохе 1843—46 гг. относятся 1сроме перечислонпыхъ выше, еще целый рядъ ста­ тей, иногда неболыпихъ по размеру, но очень важ­ ныхъ по содержашю. Таковы, напримеръ, статьи о «Параше», произведет!! молодого Тургенева, гдё В. далъ впервые проницательную хараистеристнку ого дарования; таковы статьи о «Сочпнешяхъ кн. В. Одоевская», о книге Нпкиитенко «Опытъ нсто­ рш руссисой литературы», рядъ случайныхъ статей въ сборнике «Физиология Петербурга», где Б . поместилъ статьи «Петербургъ и Москва», «Петербург­ ская Л1итература», «Александрийский театръ», а также и общее введете исъ этому сборнику. Но все это было только работой между прочимъ. Глав­ ное внимание Б. обратилъ на своп статьи о Пуш­ кине, исоторыя печатались имъ въ «Отечественныхъ Запискахъ» 1843 по 1846 г. п разрослись по своему объему въ целую книгу. Статыи этн ц самъ Б. счи­ талъ главнымъ своимъ криитичеекпмъ трудомъ, и впоследствии оне были действиительно признаны вёнцомъ его иернтической деятельности. Для того, чтобы подойти исъ Пушкину, .Б. снова и подробно остано­ вился на pyccicofl литературе X V I I I в. и перебросилъ мостъ отъ Державина исъ Пушкину, характе- S usyn сперва писателей X V I I в., современныхъ .ержавину, а зат*мъ Карамзина, Жуковсисаго и Батюппсова, каисъ непосредственныхъ предшествевпиковъ Пушкина въ томъ или другомъ отношений. Особенно подробно остановился онъ на Жуковскомъ, настойчиво подчеркивая сантимситальныл черты его романтизма—мысль, исоторая только подав­ но стала безусловно признанной (после появлошявъ 1904 г. монографий А. Н. Веселовскаго о 'Жуковскомъ). Попутию Б. перешелъ вплотнуио къ вопросу о томъ, что такое ремантнзмъ, и впервые далъ глубокое реиисние этого вопроса, определяя роман­ тпзмъ не каисъ лптературпос течений, а ucain, пси­ хологическую теорию и систему мировоззрения; объ этомъ мы упомянули выше. После Жуковскаго та­ кому же подробииому анализу подвергаетъ Б . и творчество Батюшкова, въ которомъ онъ справед­ ливо видитъ непосредственнаго предшественника Пушкина. «Что ЖуисовсшЙ сдвлалъ для содержания русской поэзией, то Батюшковъ сдёлалъ для ея формы: первый вдохнулъ въ нее душу живу, второй далъ ей красоту иидеальной формы». Только съ чет­ вертой статьи Б. подошелъ къ произведешямъ са­ мого Пушкина п далъ обгщй взглядъ ва всю сумму его поэтическаго творчества; до сихъ поръ этотъ анализъ остался едпнетвеннымъ оценивающимъ п группирующимъ произведешя великаго поэта, не­ смотря на неболышя ошибки въ частности, которыя былп неизбежны въ то время. Въ пятой статье, появившейся въ 1844 г., Б. под­ ходить къ критическому анализу эрелыхъ произве­ дений Пушкина, предпосылая этому анализу об­ ширное BBeflenie о критшее и ея задачахъ. Б. по­ дробно развиваетъ Teopiuo иеритическаго чувствова­ ния, Teopiuo необходимости перечувствовать, пере­ жить, перестрадать горестп и радости поэта, чтобы понять и оценить его, чтобы уразуметь «паеосъ» его поэз111, его творчества. Паеосъ—это живой нервъ творчества поэта, и его преобладающая страсть, его лиобовь п ненависть, его сознательная пли безеознательнал святыня, его м1ропоннмаше и MipoBoenpiflTie; главная задача всяисой иеритикц по мысли Б. есть определений этого паеоса того или иного писателя, того или другого пропзведевия. Такимъ паеосомъ пушкннскаго творчества В. счи­ таетъ х у д о ж е с т в е н н о с т ь : «Пушкннъ былъ прпзванъ, говорить Б.,—быть первымъ поэтомъ-художникомъ Руси, дать ей поэзш, какъ искусство, какъ художество». Но такъ какъ еще въ своей статье о «Речи» Ншснтенко Б . признавалъ художествевность только 1сакъ «первый! моментъ» ис­ кусства, и таись каисъ въ поээ1и Пушкина Б. не находилъ того искусства, которое сверхъ иерасоты формы должно еще быть «осуществлешемъ совре­ мсннаго сознанш, современной думы о значении п целп жизни, о путяхъ человечества, о вечныхъ истинахъ бьшя», то и поэзию Пуиикина Б. считалъ только первымъ, уже п р о ш е д ш н м ъ моментомъ въ развитии русской литературы. Потому, несмотря на то, что Пушкинъ гешальиый и великий поэтъ, онъ—доказывает! Б.—не современный поэтъ, ко­ торый должеииъ быть провозвестппкомъ современ­ н а я сознашя человечества, ибо паеосомъ поэзш Пушкина является только художественность,только искусство, только иерасота. Б. не заметилъ, что, кроме художественности, каисъ ввешней формы, у Пушкина есть еще глубокий внутренний паеосъ, который самъ же Б, отметилъ, не придавъ ему достаточнаго зпачошл,—паеосъ «при^шя Mipa», столь близшй самому Белинскому. Этотъ глубочайишй паеосъ поэзш Пушкина и разрешений пмъ въ этомъ смысле всехъ нравственныхъ и философекпхъ во­ просовъ не могли удовлетворить Б., который все­ цело отдался въ это время идее сощальности н обще-человеческаго прогресса. Б. ве могъ заметить поэтому, что «художественность» является только эстетической стороной пушкинская «приятия Mipa», точно такъ же, какъ это «при^гпе м!ра» является только философской стороной «художественности» Пушкина. Эти два паеоса пушкинская творчества настолько же нераздельно едппы, иедкъ формы и содержаше: они пропикаютъ другъ друга и являются ТБЛОМЪ и душой пушкинской поэзш. Восторженно исповедуя сощальиую точку зрения, Б. не заметиилъ ц не могъ заметить этой стороны мировоззрешя