* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

157 АВГУСТЪ 158 шла только объ обеэпеченш Клеопатры п ея детей на. Восток*. Долго подготовляемое общественное мнъше Италш, недовольство чистымъ монархизмомъ Антошя среди знати, престижъ Октав1ана среди ве­ терановъ, его росшая популярность какъ не склоннаго къ монархш властителя, сделали то, что въ 32 г. Итал1я, присягнувъ на верность Октав1ану, узаконила какъ его положеше, такъ и его войну съ Клеопатрой. Войска и флоты тр1умвировъ встре­ тились на поберелсь* Эпира, у Акщя. Пестрота и неустойчивость, силъ Антошя давали явный пере­ весь Октав1ану; въ его рукахъ было и западное море. Что заставило Антошя въ этихъ условзяхъ 2 сентября 31 г. решиться на морскую битву, а не перевести войну, подобно Помпею и Бруту, на сухопутный театръ д*йствШ,— остается неяснымъ. Возможно, что какъ-разъ судьба Помпея и желаHie перенести войну на Востокъ—въ А з ш и Еги­ петъ — побудили Антошя попытаться путемъ по­ беды на мор* открыть свободный выходъ и флоту, и войску. Битва, однако, была проиграна. Она на­ столько удручающе подействовала на вс*хъ римскихъ сторонниковъ Антошя, что дальнейшее серьезное сопротивление сделалось для него невозможнымъ, и ему оставалось только присутствовать при томъ, какъ одне части его царства за другими переходили въ руки Октав1ана, пока, наконецъ, въ 30 г. Октав1ану не удалось захватить и Египетъ. Антошй и Клео­ патра покончили жизнь самоубШствомъ. Со смертью Антошя Октав1анъ остался единымъ распорядителемъ судебъ римскаго государства, единымъ главой его вооруженныхъ силъ. Предстояло построить мирную, не временную, а постоянную власть Окташана, для воен­ ной и револющонной легитимации которой места более не было.—П. Ф о р м ы п о с т о я н н о й в л а с т и А в г у с т а . То или иное разрешеше вопроса о форме государственнаго строя после Акщя было неизоелшо: TpiyMBnpaTa более не было, дёйств1е conjuratio поел* окончания войны прекращалось, командова­ ние войскомъ уходило изъ рукъ Октав1ана, даже не­ смотря на то, что онъ былъ консуломъ въ 28 г. Пе­ редъ Октав1аномъ стояла такимъ обраэомъ дилемма: или войти въ колею обычныхъ магистратуръ, пре­ вратившись въ одного изъ рядовыхъ магистратовъ, или пойти по стопамъ Цезаря, получить новыя экстраордипарныя полномоч1я и продоллсать дело Цезаря и Антошя, т.-е. превратить рядомъ насильственныхъ д*йствШ римешй городской строй въ эллинистическую безеословную и космополитическую монарх1ю, лишивъ Италш и Римъ ихъ привилеий, или, наконецъ, попытаться ввести создавшееся факти­ ческое положеше въ рамки римскаго строя, съ сохранешемъ фактическая распоряжешя государствомъ въ рукахъ того, кто въ данный моментъ находился во глав* войска. Первый путь равносиленъ былъ со­ знательному возстановлешю анархш и гражданскихъ войнъ, противъ чего протестовало все римское госу­ дарство, за исключешемъ десятковъ претендентовъ на власть; второй путь для 0ктав1ана, победившая космополитическую монархш во глав* Италш и Рима, при поддержк* итал]йскаго войска п италШскихъ офицеровъ, былъ закрыть и грозилъ въ ближайшемъ буд-ущемъ новой револющей—и только третШ путь подсказывался Октав1ану вс*мъ и всеми. Вопросъ былъ только, въ томъ, въ к а т я формы облечь при­ миреше военной диктатуры и сенатскаго строя, еди­ новластия и принципа суверенитета народа и права верховная управлешя магистратовъ и сената. Въ выбор* формы Октав1анъ былъ сравнительно свободенъ, и этимъ объясняются его колебашя и посте­ пенный новшества; но то, что было дано, того изме­ нить онъ былъ не властенъ, не подвергая себя и госу­ дарство крайней опасности. Даны же были: съ одной стороны, необходимость сохранить верховное единое командоваше войскомъ и право единоличнаго арби­ тража въ гражданскихъ д*дахъ,—но рядомъ съ этимъ необходимость сохранить привилегированное положеше римскаго гражданства въ государстве, сената и сенаторскаго сослов1я—въ рпмскомъ граяеданстве. Ни въ какомъ случае, однако, не устра­ нялась немедленно же возникавшая двойственность аспекта власти: если на Запад* 0птав1анъ могъ быть верховнымъ командиромъ и верховнымъ арбптромъ, не будучи монархомъ-богомъ или монархомъ божьей милостью, то на Восток* онь долженъ былъ неминуемо имъ сд*латься теперь же, и притомъ не только въ Егиит*. Римсюй принципатъ на Восток* съ первыхъ же его шаговъ при Сулл*, Помпе* и Цезар* былъ возобновлешемъ эллинистическая царства. Эта необходимая двойственность побуядала Цезаря и Антошя стремиться переделать Западъ по образцу Востока; но протестъ Италш заставилъ Октав1ана подчиниться неизбежной двой­ ственности и предоставить времени окончательное разрешеше вопроса. Въ рамкахъ существовавшаго государственнаго строя военное командоваше воз­ можно было только для лица, обладавшаго про­ консульской властью, гражданское верховенство— только для лица, облеченнаго властью консула. Со­ единено того и другого, хотя и было необычно, но не невозможно. Естественно поэтому, что Октав1анъ и облекъ первоначально свою власть въ эти формы. 13 января 27 г. консулъ Октав1анъ, возвратившШ власть надъ государствомъ сенату, получилъ отъ сената верховное командоваше войскомъ и про­ консульскую власть въ т*хъ провинщяхъ, гд* стояли главныя войска государства: въ Сирш, Галлш п Испаши. Неприкосновенность личности Октав1ана была гарантирована еще раньше, въ 36 г., даровашемъ ему неприкосновенности трибуновъ. Однако, уже въ ближайппе годы поел* реформы сказались неудобства соединешя консулата и проконсулата, единоличной власти съ коллепальной, го­ родской и провинщальной, безкоптрольной и под­ верженной intercessio н veto трибуновъ. Поэтому въ 23 г. до Р. Хр. реформа 27 г. была иэм*нена и дополнена. Проконсульская власть была расши­ рена правомъ пользоваться ею и внутри города, и усилена подчинешемъ ей вс*хъ проконсуловъ го­ сударства, управлявшихъ сенатскими провинш'лми. Отъ консульской лее власти А. отказался, замёнпвъ ее расширенной, ежегодно повторявшейся властью трибуна, въ которую включены были не только sacrosanctitas и intercessio, но и право безграничной законодательной инициативы, равно какъ и право по желашю созывать сенать и ставить на его обсуждеше вопросы. Этими дополпошями было достиг­ нуто соедннеше военной власти и верховная ар­ битража и надзора. Далън'ЬЙппя расширешл компе­ тенции носили случайный и непринцишальпый ха­ рактеръ и были отчасти уступками городской кос­ мополитической черни, инстинктивно добивавшейся превращешя принципата въ абсолютную MOHapxiro (я'пм*ю въ виду вэлт1е на себя зав*дывашя снабжешемъ города хл*бомъ игородскимъ благоустройствомъ). Переходъ къ А., поел* смерти Лепида, ве­ ликаго понтификата (въ 12 г. до Р . Хр.) не им*етъ принцишальнаго эначешя. Не входя въ дальнейшая подробности (см. Принципатъ *), укажу еще только на *) Чрезвычайно характерно Еолебаше А. въ вопрос* о выбор* преемника, представлявшемся ему въ связи съ его частыми и тяжелыми заболеваниями. Блвжаншнмъ его сотрудопкомъ а двиыыъ каидпдатомъ па преемство въ качеств!! верховнаго магистрата государ­ ства былъ Л гриппа. Ему, одиако, Л. въ саыомъ начал-Ь своого нра-