* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

но проблема сету как бы «не существовала» в публичном дискурсе, да и сам этноним официально старались не использовать. Первым шагом по преодолению таких настроений стала политическая мобилизация сету и формирование собственных этнокультурных организаций и их идеологии, в которой подчеркивалась уникальность сетуской культуры. Вторым стало вовлечение активистов движения сету в большую политическую игру и рождение мифа о разделенном народе среди эстонского политического истеблишмента. Этот миф родился для обоснования идеи о необходимости объединения сету в рамках одного государства. Таким образом, проблема сету становилась дополнительным аргументом в риторике политических радикалов Эстонии, требовавших от России возвращения Печорского района Псковской области. Вопрос кто такие сету: больше эстонцы или больше русские теперь решался в пользу первого варианта. Тем самым сету не только преодолевали комплекс неполноценности, но и осознали значимость своего сообщества, а активисты их национального движения были вовлечены в большую политику. Естественно, что политизация проблемы сету служила дополнительным стимулом для их самоорганизации, поддержания активности их этнонационального движения для оказания им адресной помощи со стороны государства и международных организаций. Но политизация «проблемы сету» заставила и власти России обратить пристальное внимание на положение данной этнической группы, разрабатывать меры содействия их культурному развитию. В Эстонии ныне регулярно проводятся конгрессы народности сету, на которых обсуждаются вопросы сохранения их культурной специфики и некоторые политические проблемы. На конгрессах избирается 477