* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

Трансформация культурной идеи в политическую началось в 1920-е годы. Хотя Совет Народных Комиссаров во главе с В. И. Лениным и признал в 1917 г. независимость Финляндии, отношения между странами, которые строились на основе Тартусского мирного договора 1920 г., были сложным. Проблемный характер отношений нельзя, однако, сводить только к тому, что в правящих кругах Финляндии имелись опасения относительно возможной коммунистической экспансии. Финляндское правительство сознательно и последовательно проводило антисоветскую политику и внутри страны, и во внешних контактах, что вызывало соответствующую ответную реакцию со стороны соседнего государства. Достаточно широко были известны высказывания президента Финляндии П. Э. Свинхувуда «Россия — единственный постоянный враг Финляндии, а любой враг России должен быть всегда другом Финляндии» и т.п. При этом Финляндия провозглашалась форпостом против угрозы коммунизма, а ее восточная граница — «восточным пределом Европы». Такая позиция была характерна не только для правительства, но и для определенных кругов общественности. Усиленно пропагандировалось враждебное отношение ко всему, связанному не только с царской, но и с Советской Россией, а иногда и с русским народом. Антирусские настроения, ненависть к русским — ryssaviha — приобретала, даже по оценкам некоторых финских исследователей, ярко выраженный шовинистический характер. Именно идеи «Великой Финляндии» были заложены в основу деятельности активистов Академического Карельского общества и Ингерманландского союза, Комитета Карельского национального союза Восточной Карелии и ряда ветеранских организаций (деятельность этих общественных организаций была запрещена после второй мировой войны, но они вновь возродились в конце XX в.). Данные 103