* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

щ и й печатать репродукции одновременно с текстом. Третий аль­ б о м его о ф о р т о в (1886 г.) н а з в а л и « п о э м а м и в р и с у н к а х » . Д а и сами рисунки, представленные на выставке Академии художеств, удивляли, ибо такого богатства черного цвета в русской ж и в о п и ­ си еще н и к т о не показывал. «Работать е ж е д н е в н о , о т п р а в л я т ь с я на эту работу, к а к на с л у ж ­ бу. Н е ч е г о ж д а т ь п р е с л о в у т о г о в д о х н о в е н ь я . . . В д о х н о в е н и е — э т о с а м а р а б о т а » , — г о в о р и л И в а н И в а н о в и ч с в о и м у ч е н и к а м , когда руководил пейзажной мастерской Высшего художественного учи­ л и щ а п р и А к а д е м и и х у д о ж е с т в . Н о все ч а щ е и ч а щ е в а д р е с с о ­ з д а т е л я «Утра в с о с н о в о м лесу», « З о л о т о й о с е н и » , « Н а с е в е р е д и ­ ком...», иллюстратора книги Д. I I . Китайгородова «Беседы о р у с с к о м лесе» с ы п а л и с ь о б в и н е н и я в п р е в р а щ е н и и его в х у д о ж ­ н и к а - ф о т о г р а ф а . Н е с м о т р я н а успех его п е р с о н а л ь н о й в ы с т а в к и , где б ы л и с о б р а н ы т о л ь к о ч е р н о в ы е э т ю д ы (300 ш т . ) и б о л е е 200 р и с у н к о в , д р у з ь я н а с т о й ч и в о с о в е т о в а л и Ш и ш к и н у о б р а т и т ь в н и м а н и е на выразительные средства п р и передаче световоздушной среды. Художника обвиняли в том, в чем он п о молодости обвинял Айвазовского, — в тиражировании одной темы, ремес­ л е н н и ч е с т в е и б е з д у х о в н о с т и . В я н в а р е 1893 г. п о с л е п о с е щ е н и я , по желанию паря Александра I I I , беловежских лесов Ш и ш к и н в ы с т а в и л 58 э т ю д о в (из н и х 17 « г р о м а д н ы х » ) , н а р а б о т а н н ы х за л е т о и о с е н ь . З р и т е л и и к р и т и к и у в и д е л и , ч т о Ш и ш к и н «не и с ­ писался, не выдохся и в колорите о н и с т и н н ы й виртуоз». Художника огорчали н а п а д к и . О н с л о в н о чувствовал, что жить осталось недолго. Работал с к а к о й - т о ж а д н о с т ь ю и страстью. «Таких т о н о в и п р а в д ы к р а с о к , к а к в э т о м году, кажется, е щ е не было», — п и с а л и к р и т и к и . «Вы будете п о р а ж е н ы и з у м и т е л ь н ы м з н а н и е м к а ж ­ д о г о дерева, к а ж д о й т р а в и н к и , к а ж д о й м о р щ и н к и к о р ы , изгиба вет­ вей, с о ч е т а н и е м стеблей, листьев в букетах трав. Н о это не х о л о д н о е изучение... Б е з и с к р е н н е й л ю б в и н е л ь з я д о й т и до т а к о г о т о ч н о г о з н а н и я . . . Нет, Ш и ш к и н жил с в о и м и деревьями и травами». С л о в н о желая оставить п о с л е д н ю ю хорошую память о себе, художник писал свою главную картину, к которой шел всю жизнь. В с у щ н о с т и , о н все в р е м я п и с а л о д н о б о л ь ш о е п о л о т н о , н а п о л ­ ненное ощущением радости соприкосновения души с божествен­ н о й красотой, разлитой в природе. Его «Корабельная роща» (1898 г.) стала г и м н о м р у с с к о м у лесу, его в е к о в о м у м о г у щ е с т в у и п о к о ю . О т в е ч а я в 1893 г. н а в о п р о с ы « П е т е р б у р г с к о й газеты», Ш и ш ­ кин признался: <•— М о й и д е а л с ч а с т ь я ? Д у ш е в н ы й м и р . Величайшее несчастье? Одиночество. К а к б ы я х о т е л умереть? Б е з б о л е з н е н н о и с п о к о й н о . М о ­ ментально». Н а ч а в к а р т и н у «Краснолесье», и з о б р а ж а в ш у ю «целое море соснового леса — лесное царство», художник в ы р о н и л уголь и р и с у н о к и упал замертво. Н а д м о г и л о й Ш и ш к и н а его у ч е н и к М . И в а н о в в з в о л н о в а н н о с к а з а л , ч т о о н «был ч и с т ы м и к р у п н ы м х у д о ж н и к о м , и с т и н н о р у с с к и м ч е л о в е к о м . . . О н же будет п р о д о л ­ ж а т ь ж и т ь , п о к а ж и в ы м ы , и б о он в п а м я т и н а ш е й » . 495