* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

другим источникам, изгой А к а д е м и и художеств активно подра­ б а т ы в а л , и с п о л н я я з а к а з ы на п о р т р е т ы п р е и м у щ е с т в е н н о д и п л о ­ м а т о в и к и н о з в е з д — ч а с т ы х г о с т е й в его м а с т е р с к о й . Т о г д а ж е о н о б ъ я в л я е т с е б я р у с о ф и л о м и н а ч и н а е т к о л л е к ц и о н и р о в а т ь ста­ р и н н ы е и к о н ы . Т а к и л и и н а ч е , н о в 7 0 - е гг. Г л а з у н о в д е й с т в и ­ тельно становится самым модным русским портретистом. Ему заказывают свои портреты премьер-министр Д а н и и Краг, коро­ л и Л а о с а , И с п а н и и и Ш в е ц и и , п р е з и д е н т Ф и н л я н д и и У. К е к к о ­ нен, премьер-министр И н д и и Индира Ганди и даже Папа Р и м ­ с к и й . П о л ь з у ю т с я его ж и в о п и с н ы м и у с л у г а м и и м н о г и е с о в е т с к и е л и д е р ы . Все э т и г р о м к и е и м е н а с т а л и д л я Г л а з у н о в а с в о е о б р а з ­ н ы м мандатом для вхождения в верхние э ш е л о н ы художествен­ н о й э л и т ы . Т а к , не п р и з н а н н ы й с о в е т с к и м о ф и ц и а л ь н ы м и с к у с ­ ством, он превращается в известного «придворного» художника, с одной стороны, гонимого, а с другой — любимого с и л ь н ы м и м и р а с е г о . И м е н н о тогда в з а р у б е ж н о й п р е с с е Г л а з у н о в а с т а л и называть «художником королей и королем художников». Н о его « к о р о л е в с т в о м » с т а н о в и т с я не с т о л ь к о п о р т р е т , с к о л ь ­ к о м о н у м е н т а л ь н а я и с т о р и ч е с к а я ж и в о п и с ь . В 1970—1990-х гг. появляются самые знаменитые полотна Глазунова — «Мистерия XX века», «Вечная Россия», «Великий эксперимент», «Поле Ку­ ликово», «Моя жизнь», «Возвращение блудного сына», «Россия, п р о с н и с ь » , « П р о щ а н и е » и м н о г и е д р у г и е . Все о н и , д е й с т в и т е л ь ­ н о , п о ш и р о т е и г л у б и н е охвата и с т о р и ч е с к о г о м а т е р и а л а н е и м е ­ ют а н а л о г о в в с о в р е м е н н о м р у с с к о м и с к у с с т в е , н о п о с п о с о б у х у д о ж е с т в е н н о г о в о п л о щ е н и я не блещут м а с т е р с т в о м . В н и х м н о г о э ф ф е к т н о с т и и м а л о д у ш и , п о с к о л ь к у и х п е р с о н а ж и — не ж и в ы е , реальные люди, а лики, застывшие и однообразные. Н о зрителей прежде всего п о р а ж а е т т е м а и м а с ш т а б н о с т ь и з о б р а ж е н и я . И м е н н о так п р о и з о ш л о с «Мистерией XX века», которая стала н а с т о я щ и м о б щ е с т в е н н ы м я в л е н и е м , с и м в о л о м п р о р ы в а из затхлого мира социалистических к а н о н о в к новым, п у г а ю щ и м тогда своей сме­ лостью формам, образам и идеям. Сам факт написания такой к а р т и н ы — н е с о м н е н н а я заслуга Г л а з у н о в а . О д н о п л о х о , ч т о за громким общественным звучанием не осталось места для ж и в о ­ п и с и . П о с л е д н и й в а р и а н т к а р т и н ы (а и х б ы л о н е с к о л ь к о ) , н а ­ с ы щ е н н ы й 174 п е р с о н а ж а м и , б о л е е н а п о м и н а е т п л а к а т , н е ж е л и художественное полотно. Судьба «Мистерии» складывалась непросто. В одном из и н ­ тервью художник рассказывал: «Мистерию» я начал писать, как ни странно, в Германии. Н о там картина вызвала бурный п р о ­ т е с т . Н е в с е ее п о н я л и — в е д ь т а м б ы л и и з о б р а ж е н ы Г и т л е р , С т а л и н , Б р а н д е р б у р г с к и е в о р о т а . . . Н а р у л о н е я п р и в е з ее в М о с к в у и п и с а л в двух комнатах. А п о с л е д н я я «Мистерия» была в ы с т а в л е н а на д в у х в ы с т а в к а х . Т о л ь к о в о л я х у д о ж н и к а м о ж е т объединить столь р а з н ы х людей. Это и есть мистерия. Н а од­ н о м холсте с и л ы и идеи, о п р е д е л и в ш и е и с т о р и ю XX века... А за ту п е р в у ю « М и с т е р и ю » , в ы з н а е т е , м е н я , п р и р а в н я в п о статусу к С о л ж е н и ц ы н у , хотели выслать в А м е р и к у . О д и н го100