* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

В это же время Вламинк знакомится с творчеством П о л я Се­ занна, под влиянием которого вырабатывает свой собственный стиль, отличающийся у п р о щ е н н о й геометризованной трактовкой изображаемых предметов, использованием ярких контрастных цве­ тов. П р и м е р о м может служить п е й з а ж «Шату», н а п и с а н н ы й в 1907 г., и б о л е е п о з д н е е п р о и з в е д е н и е — « Д о м с н а в е с о м » (1920 г.). О д н о ­ временно у художника проявляется интерес к кубизму. Произве­ дения кубистов способствовали новому стилистическому пово­ р о т у в его т в о р ч е с т в е : в р а б о т а х п р е д в о е н н о г о п е р и о д а п о с т р о е н и е к о м п о з и ц и и становится более уравновешенным и стабильным. Теперь в картинах Вламинка больше доминируют прерывистые синие и зеленые тона, а плоскость и пространство унифициру­ ю т с я . В э т о й м а н е р е в ы п о л н е н и м з н а м е н и т ы й «Автопортрет» (1910 г.). Н о в с к о р е х у д о ж н и к , к о т о р ы й , к а к и з в е с т н о , не л ю б и л ч е м у либо подчиняться, почувствовал себя несвободным, скованным рациональной художественной концепцией кубизма. М о р и с во­ обще отказывался подводить свою живопись под теоретический б а з и с . Т а к а я п о з и ц и я п р и в е л а его к р а з р ы в у с и н т е л л е к т у а л о м Д е р е н о м , к р у т о п о в е р н у в ш и м с в о й п у т ь от м о д е р н и з м а к и з у ч е ­ нию и осмыслению творческого наследия мастеров прошлого. В то время к а к Д е р е н пропадал в музеях, к о п и р у я п р о и з в е д е н и я великих живописцев, Вламинк открыто говорил о своей ненави­ сти к музеям, которые он считал «кладбищами живописи». Н е ­ приязнь и враждебность между друзьями зашла так далеко, что даже через два десятилетия Дерен предупреждал художников: «Не говорите м н е о Вламинке. В ж и в о п и с и это мясник!» Л и ш ь неза­ долго до смерти Мориса они все-таки помирились. Между тем негативное о т н о ш е н и е В л а м и н к а к кубизму б ы л о вполне осознанным. Позднее в своей автобиографии он писал: «Кубистическая одежда имеет для м е н я с л и ш к о м милитаристи­ ческий покрой... Казарма превращает м е н я в неврастеника, ку­ бистическая дисциплина напоминает мне слова моего родителя: « П о л к п р и н е с е т тебе п о л ь з у . Э т о д а с т тебе х а р а к т е р » . М о р и с н е ­ д а р о м п р о в о д и л т а к о е с р а в н е н и е . М о б и л и з о в а н н ы й в 1914 г. в а р м и ю , о н у ч а с т в о в а л в П е р в о й м и р о в о й в о й н е и и с п ы т а л все ее т я г о т ы . В р е з у л ь т а т е М о р и с в о з н е н а в и д е л в о е н н у ю службу. П о ­ том ему довелось работать токарем и чертежником на о б о р о н н о м предприятии. После окончания войны художник снова вернулся к своим к а р т и н а м . Н о п о д в о з д е й с т в и е м п е р е ж и т о г о его м и р о о щ у щ е н и е и художественная направленность творчества претерпели суще­ с т в е н н ы е и з м е н е н и я . «Искусство д л я искусства и о т в л е ч е н н ы е п р о ­ б л е м ы теперь уже не д о в о д и л и м е н я д о г о л о в н о й б о л и , — п и ш е т о н в а в т о б и о г р а ф и и о своих взглядах того периода. — О н и б ы л и д л я м е н я в ы д у м к а м и , к о т о р ы е и н т е р е с о в а л и м е н я не б о л ь ш е , ч е м п л а ­ т о н и ч е с к а я л ю б о в ь ; от нее н и к о г д а н и ч е г о н е рождается». В л а м и н к возвращается к э к с п р е с с и о н и с т с к о й манере, более с о о т в е т с т в о в а в ш е й его т е м п е р а м е н т у . Е й о н остался в е р е н д о к о н ц а жизни. 82