* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

Я отождествленное с универсальным разумом, было вознесено «на вер шину» сущего, а затем, по мере трансформации социальных институ тов, было опущено на землю. Познающее «Я»утрачивает один за др. атрибуты «божественного» всеведения по мере того, как в обществе реальный статус человека все больше начинает определяться не его про исхождением, а его состоятельностью как собственника, его индиви дуальной способностью накапливать имущество. Эта «притяжатель ная» форма «Я» с трудом поддается теоретическому описанию. Легче описать права, вытекающие из характера собственности человека, чем собственно владельца, обладателя ценных качеств и носителя пережи ваний, то, что отличает его самого от их набора. Поскольку свойства и качества индивида скорее составляют его владение, чем его сущность, возникает проблема отчуждения. По своей сути она близка феномену кризиса персональной идентичности, ведь можно сказать, что его при чиной является отчуждение ключевых для личности свойств. Отчуж дение собственности индивида в силу тех или иных социальных обстоя тельств становится главной угрозой личностной интегрированности. В поиске понятия, которое совмещало бы понятие неотчуждаемых свойств персоны и принципы рационального выбора, культура модер ности трансформирует понятие «Я» в понятие индивида (А. Рорти). Ин дивид активно сопротивляется типологизации. Обозначается разрыв между индивидуумом и социальной маской, между природой и куль турой. Индивиды обязаны удостоверить фундаментальные права чело века, в силу чего понятие (естественного) индивида является воплоще нием универсальной человеческой природы. Индивид как бы выступал союзником универсального против социального. Универсальное, по сути, могло быть проявлено, озвучено только через индивидуальное. Однако сформировалось общество, созданное из автономных индиви дов, и индивид больше уже не мог определять себя в противопоставле нии обществу. Ведь подразумевалось, что общество управляется и его голосом. То, что было лишь имплицитным в идеях автономности и са моформирования, становится доминирующим, и запрос культуры на уникальность индивида начинает получать все больший отклик. В ре зультате в период модерности сложились, как минимум, две домини рующих стратегии самоосмысления человека, сохраняющих свое зна чение и по сегодняшний день, которые условно можно обозначить как прагматически ролевая и романтически индивидуализующая. В рам ках первой «Я» есть, по сути, инвентарь масок или представлений, которые демонстрируются в столкновениях с другими людьми, либо пассивно и бессознательно, либо намеренно, скажем, с целью мани пулирования кем либо (Э. Гоффман). Такого рода самопонимание оказывается тесно связанным в целом с инструментальной, техничес кой ориентацией и прагматической концепцией бытия, характерной для модерности. Личность в такой логике находится во владении человека, 640