* Данный текст распознан в автоматическом режиме, поэтому может содержать ошибки

ТРУД трактатах К. Маркса и мн. его последователей эта сложная взаимообус ловленность «отодвигалась» на второй план, а на авансцене оставались Т. и капитал, как две, противостоящие друг другу политические и соци альные силы. Эта оппозиция надолго закрепилась в идеологии и поли тической практике, тем более, что она вполне соответствовала логике простых противопоставлений, свойственной стереотипам обыденного сознания, и эту логику подпитывала. Экономический анализ К. Маркса строился на допущении, соглас но которому сложный Т. может быть сведен к Т. простому, а капитал может беспрепятственно возрастать, пока он находит ресурсы разви тия в насыщении системы машин энергией простого Т. Практика XX столетия потребовала внимательно отнестись к этим допущениям и свя занному с ними расчету. Попытки повысить качество производства и увеличить его прибыльность ценой «выжимания» из работника макси мума его физических и психических сил («Работник — та же машина, только вместо электричества и смазки ему надо платить зарплату» — формулировка эпохи становления конвейерного производства и соот ветствующих концепций организации Т.) не дали экономического эф фекта. Суммирование простого Т. не обеспечивало новых качеств дея тельности и организации, не гарантировало успеха на рынке. Требовался иной тип Т. и соответствующее переструктурирование капитала. Т. может рассматриваться как некая константа, характеризующая «об мен веществ» между человеком и природой (К. Маркс). Но эта кон станта, очевидно, абстрагируется от качеств самого Т., от культурно исторических форм его реализации. Даже если исходить из нее, как из начального допущения, то следует добавить, что Т. есть обмен веще ством, энергией и информацией, причем даже в самых своих элемен тарных формах. Информация в данном случае и означает ту схему осу ществления Т. (траты вещества и энергии), которая определяет в нем человеческую специфику. И если в эпоху классического индустриализ ма и капитализма можно было отвлекаться от этой стороны Т. и делать акцент на преобразовании и присвоении вещества природы (а заодно игнорировать личностные характеристики Т.), то в середине XX столе тия информационные аспекты Т. оказываются наиболее важными — и в экономическом, и в социальном, и в управленческом, и в экологическом планах. Соответственно, Т. обнаруживает свою внутреннюю связь с другими аспектами деятельности: самореализацией и общением ин дивидов. Все более повышается значение воспроизводящей функции Т. (в противовес функции преобразования): сохранение равновесия между различными социальными, научными, культурными схемами де ятельности, с различными природными формами требует все больше усилий. В этом плане Т. становится условием и средством достижения приемлемых отношений человека с миром и себе подобными (см. «Гу манизм», «Деятельность», «Отчуждение»). В. Е. Кемеров 561